Гермиона от возмущения чуть не подавилась.
— Простите, с парочкой... кого?
— Ну, сама понимаешь, — пожал плечами Рон, — лучше в одиночестве, чем с... ну, скажем, с Элоизой Мошкар."
"— Между прочим, прыщи у неё уже проходят — и потом, она очень милая!
— У неё нос набок, — отрезал Рон.
— Ах вот как! — взвилась Гермиона. — Понимаю! То есть лучше пригласить самую симпатичную из тех, кто согласится, даже если она клиническая идиотка?
— Ммнэ-э... примерно так, — ответил Рон.
— Я иду спать, — рявкнула Гермиона и, не сказав больше ни слова, бросилась к лестнице в спальню девочек.
В это Рождество преподавательский состав «Хогварца» вознамерился показать иностранным гостям замок в наилучшем виде. Такой красоты здесь ещё не бывало. Перила мраморной лестницы запорошили нетающие снежинки; ежегодные двенадцать ёлок в Большом зале были увешаны всеми возможными украшениями, от светящихся ягод остролиста до живых и ухающих золотых сов. Рыцарские доспехи заколдовали, и, стоило к ним приблизиться, они начинали исполнять рождественские гимны.
А Гарри до сих пор не пригласил Чо. Они с Роном уже сильно нервничали, хотя, по справедливому замечанию Гарри, Рон без партнёрши выглядел бы отнюдь не так глупо, как он сам, — ведь Гарри вместе с остальными чемпионами предстоит открывать бал.
— На крайний случай всегда есть Меланхольная Миртл, — хмуро проворчал он, вспомнив привидение, являвшееся в туалете для девочек на втором этаже.
— Гарри! Надо сжать зубы и сделать рывок, — объявил Рон в пятницу утром таким тоном, будто им предстояло штурмовать неприступную крепость. — Давай договоримся — вечером мы вернёмся в спальню, уже зная, с кем идём на бал, хорошо?
— Ммм... хорошо, — сказал Гарри.
Но всякий раз, когда он встречал Чо — на переменах, потом за обедом и один раз по дороге на историю магии, — её окружали друзья.
На контрольной по противоядиям Гарри не мог сосредоточиться и забыл добавить главное — безоаровый камень, — чем, видимо, обеспечил себе низший балл.