До совершеннолетия желающие могут и сами попробовать свои силы. Все из присутствующих и попробовали, кроме вас с Леной, — замечает брюнетка, обведя взглядом друзей.
— У меня самый высокий разряд из всей школе, — гордо заявляет Света. — Третий Воин. Но мой экзамен был полгода назад. Думаю, я уже четвертый или пятый. Когда стукнет восемнадцать, увидим.
— Я сдавал экзамен год назад, — лениво сообщает Гриша. — Тогда уже был второй разряд. Думаю, Свет, я с тобой посоревнуюсь за первенство.
Казах с блондинкой скрещиваются взглядами.
— Соревнование будет неполным, — спокойно замечает Камила. — Вы пока не знаете ранг Дани.
— И правда, — соглашается Света и с азартом произносит. — Но он скоро сдаст. Будет предварительный итог. А так посмотрим, кто кого после сдачи обязательного экзамена.
Ага, разбежались. Так я и показал комиссии свой настоящий потенциал. Ну уж нет, мне спокойная жизнь дороже, чем быть самым-самым в будовской школе.
— Ранний экзамен же денег стоит? — вспоминает практичная Лена.
— Да, пять кусков, — ответ чает Гриша.
Сколько-сколько? Пять тысяч царских рублей? Понятно, почему желающих сдавать необязательный экзамен немного.
— А обязательный же бесплатный? — спрашивает сидящий во мне жадный хомяк. Делать мне нечего, как на свое восемнадцатилетие раскошеливаться на такую ерунду.
— Да, его стоимость уже компенсирует государство, — кивает Камила. — Но, думаю, тебе, Даня, так же оплатят и твой ранний экзамен, раз тебя принудительно пригласили.
Уж надеюсь. Платить за эту клоунаду нет никакого желания.
— Позвали они тебя явно не просто так, — делится мнением Гриша. — Догадываются поди, что ты очень сильный телепат. Всё же ты победил телепата террористов, потом забил одного мага до смерти.
— Твои последующие прогнозы? — мрачно спрашиваю казаха.
— Предложат учебу в курсантском училище и последующую военную госслужбу, — пожимает плечами Гриша.
Камила со Светой встревоженно переглядываются.
— Пропадешь с наших глаз, — вздыхает брюнетка.
Я и сам-то не очень хочу всю жизнь тянуть солдатскую или офицерскую лямку. Вообще по природе своей я пацифист: не трогайте меня — сами останетесь целы. Вовсе не против, конечно, отбарабанить срочку возле Аномалий, но на этом всё, пожалуй. Я уже служил принудительно, мне не понравилось.
— У меня нет такой цели, — спокойно говорю. — Если будет выбор, откажусь.
Новость порадовала девушек.