Откуда на ее плече чьи-то седые волосы?
— Что это? — Кэрол приподняла прядь и увидела, что она тянется… с ее головы! Это ее волосы!
— Что с моими волосами? Что вы сделали с моими волосами?
— Ничего страшного, Кэрол, не надо расстраиваться.
— Дайте мне зеркало! Что со мной? Я что, седая?
— Мне жаль…
— Но как… Этого не может быть! Я не могу поседеть, мне всего двадцать шесть лет!
— Иногда такое случается.
В палату вошла медсестра с маленьким подносом, который поставила на тумбочку у кровати и взяла оттуда шприц.
— Отойдите от меня! Что вы со мной сделали? Не трогайте меня! — у Кэрол от страха внезапно прорезался голос, и она оттолкнула приближающийся к ней шприц. — Отпустите меня! Я не сумасшедшая! Я хочу домой!
— Кэрол, ты обязательно вернешься домой, но для этого тебе нужно подлечиться, ты меня понимаешь? Не противься. И успокойся. Здесь тебе никто не хочет причинить зла. Мы пытаемся помочь.
— Не надо мне помогать, просто выпустите меня отсюда!
— Кэрол, чем сильнее ты будешь нам противиться, тем дольше ты здесь пробудешь, — доктор вдруг схватил ее за руки и вжал их в постель, кивнув медсестре.
— Все хорошо, все хорошо, — приговаривал доктор, продолжая удерживать ее сильными цепкими руками. — Это всего лишь транквилизатор, Кэрол. Ты успокоишься и уснешь.
Слишком ослабленная, чтобы вырваться из мужских рук, девушка жалобно застонала и постепенно затихла, отключившись.
— Она же… она же совсем седая! — проговорила та ошеломленно и посмотрела на девушку. — Час назад, когда я сюда заходила, у нее были нормальные волосы. Что произошло, доктор?
Гейтс устало вздохнул.
— Я не знаю. Не отходите от нее, Джейн. А я позвоню мистеру Рэндэлу…
Джек приехал сразу же, отложив все дела, когда доктор Гейтс сообщил ему, что Кэрол пришла в себя.
Доктор его встретил и проводил в палату, где лежала его жена, все еще находясь под воздействием транквилизаторов.
Джек с первого взгляда не узнал Кэрол и решил, что доктор ошибся палатой. Но, приглядевшись к женщине на кровати, неподвижно лежащей под капельницей, он застыл на месте, как громом пораженный. Глаза его расширились, кровь отхлынула от лица, отчего оно приобрело пепельный оттенок.
— Что с ней? — вырвалось у него. — Ее волосы… Почему?"
"— Трудно сказать определенно.