Генерал-адмирал. Книги 1-4

Через три года я собираюсь принять рапорты от командиров полков, прибывших для несения службы на наши главные базы флота, о том, что вверенные им части полностью готовы к исполнению любых возложенных на них задач. Мне же остается только поблагодарить вас и попрощаться…

Из Трансвааля я прибыл в начале мая. И сразу же был «обрадован» сообщением о нападении японцев на племянника.[46] Правда, к моменту моего прибытия уже было ясно, что его жизнь вне опасности, так что волновался я недолго, и больше по поводу того, не было ли это неким косвенным результатом моего вмешательства.

Ну плохо я знаю историю, плохо!

На следующий день после моего возвращения состоялось очередное и, как выяснилось, последнее заседание Комиссии по испытанию магазинных ружей. На этот раз представлены были три лучших образца, отобранных в прошлый раз, — Нагана, Роговцева и Мосина. Все они в прошлом году прошли расширенные испытания по программе, которую изложил мне генерал Чагин, а в этом было представлено по триста единиц каждого образца для еще более расширенных испытаний.

Уже окончательных. Со времени последнего испытания все ружья претерпели изменения. И не только они. Патрон тоже весьма изменился. Пуля у него уже была остроконечной, как я и помнил, а гильза не имела закраины. Причем мое влияние на эти изменения было не таким уж и большим. Я ничего никому не приказывал и даже не советовал, а просто выразил удивление — почему, мол, снаряды пушек, кои летят со скоростью куда меньшей, чем пули, уже делают остроконечными, ибо считается, что такая форма лучше подходит для скоростей полета выше скорости звука, а в предложенном патроне используется пуля с округлой головной частью. И поинтересовался, проводил ли кто сравнительные испытания."

"Испытания провели, когда я уже был в Трансваале, и пришли к выводу, что его высочество прав и пули с остроконечной головной частью выгоднее во всех отношениях.

Так что полковник Роговцев переделал патрон наново, заодно поменяв и гильзу по «немецкому» образцу. То есть по образцу патрона к немецкой комиссионной винтовке образца 1888 года. А потом долго готовился убеждать меня, что таковой патрон, хоть и обходится несколько дороже и требует более жестких допусков при изготовлении, куда выгоднее во многих других отношениях.