И это только с учетом того, что мы будем иметь еще лет пятьдесят прогрессивного прироста населения, то есть как минимум его удвоение каждые лет двадцать пять — тридцать… Петр Аркадьевич считал, что только для запуска программы успешного развития Сибири и Дальнего Востока там необходимо иметь не менее тридцати миллионов населения. Так что программу переселения требовалось не сокращать, а интенсифицировать, что опять же требовало дополнительных расходов.
А строительство новых железнодорожных и водных путей? Я знал о двух каналах, которые надо было построить как можно быстрее — Беломорканал и канал Волга-Дон.
Недаром большевики именно с них начали промышленное возрождение страны. Ну, не только с них, естественно, но, скажем, гидроэлектростанцию на Днепре, то есть тот самый знаменитый Днепрогэс, как и весь комплекс комбинатов Запорожья, от металлургических до алюминиевых заводов, я собирался строить сам и на свои деньги. Дело в том, что, как выяснилось, некоторые сплавы гораздо выгоднее было производить методом электродуговой плавки.
Вот я и решил перенести их производство на новый завод. Да и залежи железной руды Криворожья уже вполне можно было осваивать в промышленном масштабе. Так что аккурат к началу войны, если она начнется в сходные сроки, первые домны и печи запустим…
Но даже на эти явно необходимые экономике проекты выкроить бюджетные средства никак не удавалось. Да и с перевооружением армии и флота не все так просто было. Уже с этого года мы начали наращивать военный бюджет, а для того чтобы удержаться в графике, который позволил бы нам ввязаться в войну хотя бы с несколько большими шансами на ее успешное с нашей стороны завершение, необходимо было в следующем году его едва ли не утроить.
Потому что с 1911 года мы снова увеличивали сроки службы солдат, причем разворачивая призыв в более крупных масштабах, чем прежде. Если до реформы солдат служил пять лет,[38] зато призывались на службу всего около половины теоретически подлежащих призыву, а начав реформу, мы резко уменьшили численность армии простым уменьшением сроков службы по призыву до одного года и никак не расширяя призывную базу, то теперь мы собирались призывать всех, кто окажется годен.
С учетом сокращения срока службы по сравнению с дореформенным до двух лет и увеличения числа сверхсрочнослужащих выходило почти баш на баш с тем, как было до реформы.
Так что армия в течение следующего года должна была достигнуть численности где-то около полутора миллионов человек.
