А перед самым Рождеством Климент Аркадьевич проснулся от отчаянного визга, донесшегося с другого края их небольшого поселка, оттуда, где были устроены конюшня и овчарня. Он вскочил, трясущимися руками натянул одежду, накинул тулуп и выскочил наружу. Следом бросился и квартировавший с ним в одной избе Книппельних, который чуть замешкался, надевая очки. У самого-то Тимирязева зрение было идеальное, и увиденная картина заставили профессора замереть на месте. Ворота конюшни были распахнуты, жердь, запирающая ограду вокруг оной, скинута наземь.
Тут будет реклама 1
А довольно далеко за околицей маячил не слишком быстро, поскольку его гнали прямо по снежной целине, но неуклонно удаляющийся табунок — все их два десятка лошадей. Вдобавок к тому из точно так же распахнутой овчарни несколько кривоногих и одетых в потрепанные халаты человек торопливо выгоняли овец.
Из остолбенения Климента Аркадьевича вывел срывающийся голос приват-доцента:
— Профессор, ну что же вы, стреляйте!
— А-а? Что?
— Ну у вас же есть револьвер! — напомнил Книппельних.
Тут будет реклама 2
— Стреляйте!"
"Климент Аркадьевич заполошно взмахнул руками и кинулся в избу. Револьвер ему вручил помощник великого князя Викентий Зиновьевич, весьма деятельный господин, оказавший немалую помощь в подготовке к отъезду. Содействовать в снаряжении экспедиции его высочество повелел Канарееву уже после второй встречи с Тимирязевым и Мичуриным. И с того момента фигура, одетая в безупречный, даже несколько щегольской костюм из английского твида, постоянно была заметна где-нибудь неподалеку от профессора.
Тут будет реклама 3
Кстати, ничем, кроме как его присутствием, Тимирязев не мог объяснить то, как быстро разрешились проблемы, например, с выделением вагонов для погрузки имущества экспедиции или с быстрой закупкой семян и рассады. Так вот именно Викентий Зиновьевич и вручил ему перед отъездом большой четырехлинейный револьвер системы «Смит и Вессон», а на отговорку профессора, что он-де никогда такого оружия в руках не держал и обращаться с ним не умеет, только усмехнулся и в несколько движений показал, что и как с револьвером делать: «Вот, это же, видите, довольно просто.
Тут будет реклама 4
Потренируйтесь по дороге. Все равно делать будет особо нечего. А едете вы в места глухие — мало ли что…» — «Вы что же, милостивый государь, — возмутился Климент Аркадьевич, — думаете, что я буду стрелять в людей?! Да никогда! Я — ученый, а не какой-то там жандарм, и…» — «Ну, ежели не стрелять в людей, так попугать пригодится. Да и не только люди там опасные. Другие угрозы есть. Скажем, волки.
