Только что все было понятно и ясно – вот он, Олег Преображенцев, вот она, Лилия Молчанова, а остальные за границей магического круга, который сам собой образовался вокруг них, словно выжженный ритуальным шаманским огнем в плотном белом снегу. Там, за границей круга, происходят разные события, большие и маленькие, страшные и веселые, там бродят разные люди, свои и чужие, там совершаются поступки, героические и стыдные.
Это важно, конечно, но гораздо важнее, что здесь, внутри.
…Почему он сейчас делает вид, что никакого круга нет?
– Мы спросим Сан Саныча, сможет ли он быстро нарисовать тебе какие-нибудь документы. Ты улетишь в Москву, но все равно мы должны понять, кто это сделал! Так это нельзя оставить.
…Так все дело в этом? Он собирается избавиться от нее в Анадыре, запулив обратно в Москву, как в Москве от нее избавился Кирилл, запулив ее в Анадырь?
…Он вошел в землянку и сказал: «Лиля, это я!» – и это было лучшее, что она слышала в жизни.
Ну что же. Вольному воля.
– Я расскажу твоему полковнику все, что только что рассказала тебе. От первого до последнего слова и ничего не утаивая, – сообщила Лиля любезно. – В Москву я не полечу. Я здесь в командировке. У меня впереди еще полгода. Отправить меня силой ты не можешь. Я сначала разберусь, что происходит.
– Это я сначала разберусь, что происходит, – тихо сказал Преображенцев.
– Ну, конечно, – согласилась Лиля. – Я так и сделаю.
– Ты же хотела в Москву! – выговорил он, как ей показалось, в озлоблении. – Речи произносила! В гробу ты видела этот Север и лежбища моржей! И сказки о человеческом братстве!..
– С тех пор прошла целая жизнь, – заявила Лиля. – И не приставай ко мне, или я сейчас начну орать.
– Зачем ты вызвала сюда подругу?
– Я никого никуда не вызывала, Олег. В метель тут не работают телефоны, если ты не в курсе.