Нам пришлось как следует попотеть, чтобы вытащить его за дверь, где мы снова столкнулись с охраной.
— Куда? — прозвучал вопрос, от которого меня бросило в дрожь.
— Слушай, если ты после моих объяснений добавишь своё «не положено», я тебе всю соску разобью. Лучше бы помог!
— Кричали бурлаки Репину, — ухмыльнулся боец.
— Чё? — не понял шутки я.
— Ничего, — отмахнулся охранник. — Сами дотащите.
На какое-то время пленник успокоился, но когда мы подтянули его к зданию библиотеки, он взревел так, что мы едва не оглохли.
"— Фух, — выдохнула Ада, хотя ей досталось тащить самое лёгкое: ноги. — Ну и тяжёлый, гад. Ещё и брыкался.
— Он там точно не сдохнет? — высказал я свои опасения. — А то Севастьянов с нас три шкуры спустит.
— Да откуда мне знать? — пожала плечами она.
— Чего же он тогда так орал?
— Вот когда дверь откроется и мы начнём друг друга понимать, сам его и спросишь. Тихо как-то в лагере…
— А с чего должно быть шумно?
— Ну, как бы на нас орда идёт. Обычно это всегда сопровождается суетой.
— Без понятия, — отмахнулся я. — У меня сейчас голова совсем о другом думает. А нам нужно будет в библиотеку идти?
— Зачем?
— Чтобы их язык выучить.
— Не знаю. Думаю, нет.
— Ладно, разберёмся по ходу.
— Куда это они? — уставилась на корабль Ада.
Я едва сдержался, чтобы как следует не выругаться. Из открытого трюма под стволами автоматов выводили пленных канадцев. Вот как могло так совпасть⁈ Что это: злой рок или та самая пресловутая правда, которая всегда норовит выскользнуть наружу, как ты её ни скрывай? Чёрт, надеюсь, Ада не захочет за ними проследить…
— Не знаю, — ответил я как можно спокойнее. — Может, на работы какие?
— Может.
Я замолчал и украдкой смахнул пот со лба. Честно говоря, даже не представляю, что будет, когда она узнает о том, куда увели канадцев. И что гораздо хуже, по моей, мать её, подсказке. Надеюсь, именно эта деталь никогда не выплывает наружу, иначе нашим отношениям конец. А может, я всё преувеличиваю и ничего страшного не случится?
— Ты чего вдруг притих? — спросила Ада.