Всё-таки что-то изменилось, пока я пребывал в дезориентированном состоянии. Зато теперь я снова чётко понимал, в какую сторону нужно двигаться, и, развернув дроны, снова устремился вглубь здания.
Не знаю, сколько я так кружил, но спустя какое-то время на экране снова появился выход наружу. То, что управляло этим сооружением, явно не собиралось подыхать. Нужно что-то придумать, как-то обмануть систему. Иначе я так и буду петлять по этим лабиринтам. Меня попросту не хотят пускать внутрь, и без хитрости здесь не обойтись.
— Короб, сориентируй танки так, чтоб они ударили в одно место, желательно друг за другом и под углом к земле.
— Принял, — вернулся короткий ответ.
Я всё же вывел дроны из здания, которое моментально зарастило проход в стене. Но вскоре с противоположной стороны появился новый, гораздо шире и глубже. На сей раз дроны нырнули в него сразу, не дожидаясь, пока здание успеет регенерировать.
И этот подход принёс плоды. Пока здание пыталось устранить пробой и сосредоточило на этом все ресурсы, я умудрился проскочить в знакомый тоннель с зародышами мутантов.
Вот только за следующим поворотом я уткнулся в стену. Но от моего внимания не ускользнул тот факт, что она была совсем свежей и неокрепшей, по типу тех, полупрозрачных мембран, что отделяли зародышей от внешнего мира.
И я рискнул. Направил отряд прямо в стену, надеясь, что её сможет преодолеть хотя бы парочка дронов.
Проскочило чуть больше, чем я ожидал, но всё же большая часть завязла в корневой системе, которая уже начала прорастать в мышечной ткани. А я на мгновение замер, рассматривая исполинское сердце, обеспечивающее жизненной силой всю систему термитника. Больше всего я боялся, что пули не причинят ему особого вреда.
Все эти мысли промелькнули за мгновение, а руки уже выполняли необходимые действия, чтобы завершить бой победой. Я выкрутил на максимум магнитные катушки и вдавил спуск. Мне даже показалось, что я услышал, как захлопали выстрелы.