Те обрывки новостей, что доходят до меня с запада, внушают большое беспокойство. Кажется, бои теперь идут не только в Палатие, но и в Латионе.
– В Латионе? – сердце Бина словно остановилось от этой новости. Он подумал о сёстрах. Что будет с ними?"
"– Не беспокойтесь, друг мой, – поспешил успокоить его Каладиус. – Насколько мне известно, столица пока в безопасности. Наступление Тондрона вроде бы замедлилось. Увы, в своё время я позаботился о том, чтобы оборвать все связи с внешним миром, и теперь до меня доходят лишь жалкие крохи.
– Мы должны спешить во что бы то ни стало! – теперь Бин буквально не находил себе места. – Когда мы уже выступим, мессир?
– Думаю, что завтра. Всё уже практически готово – и припасы, и лошади. В этот раз я даже пожертвую комфортом ради скорости – все мы будем двигаться налегке и верхом. Придётся затянуть пояса потуже. Осталось доработать кое-какие моменты, связанные с заклинанием, поэтому я попросил бы вас, друг мой, оставить меня. Извините, но мне необходимо сосредоточиться.
Бин, не медля, покинул мага, ведь это теоретически могло хотя бы на минуту ускорить их отъезд. На душе его было тяжело – новость, которую он узнал от Каладиуса, заставила сердце сжаться. До тех пор, пока война шла в Палатие, он постоянно старался убеждать себя в том, что его родным ничего не грозит. И вот теперь эти наивные надежды рассеялись. Оставалось надеяться на то, что удастся задуманное Дайтеллой, и всё вернётся на круги своя.
***
Как и было обещано, на следующее утро слуги Каладиуса разбудили гостей за два часа до рассвета. Затем последовал скорый завтрак, который был так не похож на любой другой завтрак в доме великого мага, а после этого пятеро мужчин поднялись на поверхность, где их уже поджидали осёдланные лошади и держащий их на поводу Пашшан.
Все лошади были чистокровными саррассанскими скакунами, сильными и ухоженными. Такие вполне смогут практически без отдыха делать по пятнадцати лиг в день.
– Ну что, в путь! – радостно воскликнул Каладиус. Видимо, ему порядком наскучило сидеть в своём подземном жилище.
Десять лошадей сорвались с места, словно молнии.