От этого будет зависеть очень многое, в том числе – и его жизнь. Передайте ему, что при личной встрече со мной он вспомнит всё, что случилось с ним в потерянный год. Именно так и передайте, слово в слово. Всё, что случилось в потерянный год. Хорошо ли вы запомнили, друг мой?
Незнакомец несколько судорожно кивнул."
"– И последнее. Прошу вас, постарайтесь обойтись без самодеятельности. Я знаю, что вы, выйдя из-за этого стола, тут же возомните, что вам было нанесено страшное оскорбление, что никто не смеет безнаказанно тыкать ножом в рёбра члену Гильдии, что нам необходимо отомстить… Ну и всё такое прочее.
По глазам незнакомца в чёрном, по мере того как маг говорил, становилось понятно, что он довольно точно предугадывает мысли, витавшие в голове лжеварана. И было видно, какое впечатление произвели на него последние слова. Теперь, сказав всё, что считал нужным, и увидев всё, что хотел, Каладиус кивнул Пашшану, и тот убрал кинжал.
– Вы можете идти, сударь, – маг снова был – само благодушие. – Желаю вам всяческих успехов, а главное – здоровья!
Едва кивнув, бледный незнакомец поспешно выбрался из-за стола и поспешил к выходу, ни разу не обернувшись. И лишь теперь Каладиус выдохнул, словно всё время до этого он не дышал, и, судорожно схватив полупустой бокал с вином, опорожнил его одним глотком.
– Ну что ж, – проговорил он.
– Мне срочно надо в нужник… – просипел Бин побелевшими губами.
– Да уж, – вымученно усмехнулся маг. – Пожалуй, в этот раз я с удовольствием составлю вам компанию…
Пашшан же, как человек, вероятно, не только с железными нервами, но и железным мочевым пузырём, остался за столом.