– Да, на меня это похоже, – легко согласился легионер, лукаво усмехаясь.
– Спасибо тебе, Кол! – от всего сердца сказала Мэйлинн и бросилась к нему на шею. – За всё спасибо!
– И тебе спасибо, Мэйлинн! – Кол прижал её к себе и вдруг почувствовал себя донельзя счастливым. Как никогда прежде.
– Ну что, пора к остальным? – спустя некоторое время спросила наконец Мэйлинн.
– Да, пойдём, а то Бин прикончит меня раньше, чем ты, а мне бы этого не хотелось.
Шутка получилась слишком мрачной, поэтому лирра лишь прикусила губу.
– Прости, – шепнул он.
– Всё нормально, – тряхнула волосами Мэйлинн. – Ну, пошли!
***
Теперь надежды у Бина больше не осталось. Когда Мэйлинн объявила, что уходит из этого мира вместе с Башней, сердце его оборвалось. Он ощутил боль, которая, как ему казалось, станет теперь преследовать его всю жизнь. Ему было стыдно признаться самому себе, но на фоне скорого исчезновения Мэйлинн неизбежная смерть Кола отступила на второй план.
Отчего-то каждый миг, проведённый теперь рядом с лиррой, превращался для него в муку. Он одновременно и желал продлить как можно дольше эти последние мгновения, и мечтал прекратить эту пытку как можно скорее. Видеть её, Мэйлинн, пусть и нематериальную, но такую близкую и знакомую, и осознавать, что он вот-вот навеки лишится её… Это было на пределе его сил. Поэтому Бин не находил, что сказать в этот момент. И всё росло желание того, чтобы это уже поскорее закончилось, чтобы можно было вынуть из своего сердца пустую надежду, словно занозу, и предаться оплаканию потери любимой и друга.
– А я сделала вам прощальный подарок, – грустно улыбнулась Мэйлинн. – Как только вы впали в транс, ваши тела тут же были с величайшей осторожностью погружены на корабль, и теперь они отправляются в Тавер. Таким образом вам не придётся вновь терпеть это мучительное плавание, ведь я помню по себе, насколько это ужасно.
– Значит мы пробудем здесь ещё несколько дней? – с деланым спокойствием осведомился Варан.
– Здесь понятие времени теряет смысл, – ответила Мэйлинн. – Вам может казаться, что пройдёт несколько дней, тогда как в вашем мире не минует и секунды, а может показаться, что прошло лишь мгновение, тогда как над Паэттой пролетят года. Вы пробудете здесь столько, сколько посчитаете нужным, но в любом случае вы очнётесь в Тавере вскоре после того, как вас доставят в какую-нибудь гостиницу.