Слишком много он упустил и возможно уже потерял время, которое не вернуть. Так к чему теперь эти реверансы.
— Я оставил ее на попечение гувернантки, которая хорошо зарекомендовала себя, — герцог считал, что может усмирить любую женщину. И ему не нравилось, что несостоявшаяся монашка отчитывает его, как юнца.
— Позвольте узнать, в чьей постели она получила свои рекомендации? — Тасю ""понесло"". Герцог открыл рот от растерянности, он впервые слышал такую реплику из уст женщины, да тем более, бывшей монахини…Таким тоном с ним не говорила еще ни одна женщина.
— Можете не отвечать! Я все равно ее рассчитала. Что-то еще? — Тася вопросительно взглянула на супруга. Он просто потерял нить разговора, переваривая слова супруги. Он смотрел на нее и не мог поверить, она считала себя здесь полноправной хозяйкой!
— А кто позволил вам раздавать указания в моем замке? Кто наделил полномочиями рассчитывать прислугу? У госпожи Рюваль были прекрасные рекомендации, — он понимал, что преувеличивает, рекомендации гувернантке дала Ангелика, но он хотел поставить на место свою супругу.
— Я сама себя наделила такими полномочиями, раз кроме меня, не кому, позаботиться о ВАШЕЙ дочери! — глаза Таси горели гневом. Неизвестно, куда бы зашел их разговор.
— Ваше сиятельство, — в зал вошел Освальд, поклонился и обратил свой взгляд на Тересию, — где накрывать обеденный стол? — герцог затрясся от ярости. Его, что, все решили игнорировать в этом доме?!"
"— Накрывайте в столовой.
Ну что ж, Его величество, вы не будете разочарованы! А вот сам герцог, был в бешенстве! Это кого ему подсунули?! Это что монашка, которую воспитывали в монастыре?! Это она-то будет молчать и опускать глаза?! Ну, граф! Я тебе устрою! Да она еще и Ангелике фору даст! Как быстро она прибрала к рукам его замок… прислугу… даже Освальда, который работает на него, сколько Даниель себя помнит!
Герцог мерил шагами свои покои, когда в дверь постучали.
— Ваше сиятельство, — этот сладкий голосок… Мари. Она согревала его постель после смерти супруги, — Вас ждут к обеду, — она подошла к нему, проведя рукой по его напряженной спине, прошептала:
— Я ужасно по вас соскучилась, — герцог вздрогнул от ее прикосновений.