Я ему, впрочем, тоже."
"— Ну что же вы замолчали — этот ласковый тон моего иномирного родителя, заставил насторожиться даже меня — Вы хотели что-то сказать о происхождении моей дочери.
— Ну знаете!! — Ректор понял, что ступил на опасную почву, но сдаваться не собирался — Я вынужден просить вас забрать документы и вашу дочь из ЗАПа. После этих событий госпоже Дорн здесь не место.
— Хорошо — с ласковой улыбкой, напоминающей оскал акулы, сказал господин Дорн.
Ректор, ожидавший хотя бы возражений, опешил.
— Я могу надеяться, что вы сделаете это как можно скорее? — осторожно поинтересовался он у отца.
— Конечно — все так же добродушно продолжил торговец — Как только моя девочка очнется, ноги нашей не будет в этой академии.
— Хорошо. Я рад, что мы с вами пришли к консенсусу — облегченно вздохнул Деметриус Орлан — Я конечно не вправе советовать, но все же рекомендую вам и вашей дочери, принести глубочайшие извинения герцогу Гринбурзкому и его наследнику.
Я шумно втянула воздух от такой наглости.
Мой невольный вздох привлек внимание обоих мужчин. Балдорф сразу же наклонился ко мне, взгляд его наполнился тревогой и нежностью.
— Эмма, доченька, ты проснулась. Как ты, зайчонок? — Спросил торговец. А мне стало неловко. Пусть в сговоре с его дочерью и для благих целей, но мне придется обманывать этого любящего отца, души не чающего в своей кровиночке.
— Я уже нормально чувствую себя, папа.
После моих слов, ректор ожил.
— Ну что, думаю, мне больше нет смысла здесь оставаться. Все что нужно, Эмма, вам расскажет отец. Прощайте.
Слегка кивнув, ректор пошел на выход.
— Одну секундочку, достопочтенный ректор Орлан — Деметриус без особого интереса повернулся к нам с отцом, всем своим видом показывая, что устал возиться с недостойными — Мне буквально только что стало известно о крупной аварии на моей шахте.
И повернувшись ко мне Балдорф подмигнул. Я чуть не пырснула, увидев, как лицо ректора— петуха, сначала бледнеет, а потом краснеет.
— Но как же… Помилуйте, это остановит роботу целой Академии.