Им надо было соблюдать большую осторожность, ведь предвыборная кампания шла полным ходом и Адам стал известной личностью в стране. Он выступал на политических митингах и обедах по сбору средств, его высказывания часто цитировались в газетах.
Адам и Стюарт Нидхэм пили утренний чай.
– Утром видел тебя в передаче «Сегодня», – сказал Нидхэм. – Ты был великолепен. Они не зря пригласили тебя выступить еще раз.
– Стюарт, я ненавижу эти представления. Я чувствую себя актером, повторяющим свою роль.
Стюарт невозмутимо кивнул:
– Так оно и есть, Адам.
– Мне не нравится, что борьба за сенаторское кресло превращается в личную схватку соперников.
Стюарт Нидхэм улыбнулся:
– Ты должен радоваться, что побеждаешь. Твой рейтинг растет с каждой неделей. – Он отпил чай. – Поверь мне, это только начало. Сначала сенат, а потом – цель номер один, Белый дом.
Адам посмотрел на него:
– Что ты имеешь в виду?
– Твой соперник не брезгует ничем. Ручаюсь, что сейчас он исследует под микроскопом всю твою жизнь. Надеюсь, что он не найдет там ничего компрометирующего?
– Нет, – автоматически ответил Адам.
– Вот и хорошо, – сказал Стюарт Нидхэм. – Как дела у Мэри Бет?
* * *Дженнифер и Адам провели выходные в Вермонте, в загородном доме, который предоставил им приятель Адама.
Они внимательно просмотрели все воскресные газеты. По оценкам всех опросов, Адам уверенно лидировал в предвыборной борьбе. За небольшим исключением, пресса благоприятно относилась к Адаму. Журналистам нравился его стиль, его честность, его ум и откровенность.
Адам посмотрел, как языки пламени отсвечивались на лице Дженнифер.
– Тебе бы хотелось стать женой президента?
– Извини, я уже влюблена в одного сенатора.
– Ты расстроишься, если я проиграю на выборах, Дженнифер?
– Нет. Я хочу, чтобы ты выиграл только потому, что этого хочешь ты.
– В случае победы нам придется переехать в Вашингтон.
– Для меня главное – это быть с тобой.