Матросы вели себя странно, не реагировали на удары в спину, а потом как-то неожиданно обернулись все сразу, будто кто-то потянул игрушечных солдатиков за веревку.
В это время почти в полумиле от крепости С'Ворр прыгал на месте и шипел от злости. К счастью, и этого тоже никто не видел, даже три лемута-охранника, которым адепт приказал смотреть по сторонам. Как, оказывается, тяжело управлять людьми! Что ж, сейчас он отомстит за это унижение. Сотня погибших матросов - мизерная плата за шанс ворваться в крепость.
В воротах образовалась свалка.
Очнулся Хоган, снова позвал своих сиволапых воинов, которые, испуганно переглядываясь, пристроились к матросам. Особенно, впрочем, не приближаясь. С'Ворр мог бы послать их вперед, придать смелости и ярости, но это значило бы немного потерять контроль над матросами.
Сверху, из нависшей над воротами башенки, в нападающих посыпались камни. Оборона начинала работать на полную мощность, сейчас барон отзывает людей со всех не подвергшихся атаке участков. А что ему остается?.. Впрочем, ворота он все равно уже потерял, неожиданно быстро. Массой продавливая противника, моряки уже просачивались во внутренний двор.
Он уже видел внутренний двор крепости. Барон, где барон? Неужели решится бежать? С'Нелль говорил, что это невозможно, барон потерявший замок по традиции совершает ритуальное самоубийство. Значит, он должен умереть здесь. С'Ворр вдруг заметил, что дружинников во дворе стало меньше, зато со стен беспрерывным потоком летят стрелы.
Адепт похолодел. Уже почти все матросы ворвались во дворик, трупы их устилали все внутреннее пространство крепости, а забраться на стены никак не получалось: несколько мест, предназначенных для подъема, дружинники обороняли особенно ожесточенно. Что у живой пирамиды?.. Наконец-то! Первые моряки вступили в бой на стене, рубятся с защитниками, стрельба с этой стороны ослабела.