Я не скажу тебе потому, что брак — это тайна, Анджела, и он строится в первую очередь на доверии. И что бы ни произошло между тобой и Томми (сегодня или еще когда-нибудь), об этом будете знать только вы двое. И в этом-то одна из тягот брака… но это же и чертовски успокаивает. — Он снова подошел к кровати и взял ее руки в свои: — Запомни, Анджела, тебе нечего бояться. Он любит тебя до того, что весь дрожит. Он любит тебя, солнышко. Он хороший человек. Ты правильно выбрала.
— Стив, я тоже его люблю. Правда.
— Никаких «только». Какого черта тебе нужно? Письменных гарантий, что жизнь — это сплошная малина? Ну, так это не так. Но ты начинаешь семейную жизнь с чистой страницы, и от тебя зависит, что на ней будет написано. И главное для начала у тебя уже есть, солнышко. — Он улыбнулся: — Так что ты не можешь промахнуться.
— О'кей, — сказала она, энергично тряхнув головой.
— Будешь одеваться?
— Да.
— Хорошо.
— О'кей, — сказала Анджела еще более энергично. Потом после паузы добавила: — И все же, я думаю, ты гнида, за то, что не намекнул мне хотя бы одним словом!"
"— Я не гнида, а любящий брат.
— Стив, мне уже лучше. Спасибо.
— За что? Одевайся. Твоя голубая подвязка очень тебя украшает.
— Иди к черту, — отмахнулась она, и он вышел за дверь, ухмыляясь.
* * *Молодого человека звали Бен Дарен.
Ему было двадцать шесть лет, у него были ярко-голубые глаза и располагающая улыбка. Длинноногий, в синем спортивном костюме из ангорской шерсти, он пересек вприпрыжку газон и остановился перед верандой с внутренней стороны дома, на которой сидел Тони Карелла со своими гостями.
— Здравствуйте, мистер Карелла, — поздоровался он. — У вас тут все кипит. Волнуетесь?
— Работают, — неопределенно сказал Тони, поглядев через газон на бесконечный ряд столов, белеющих свежими скатертями. — Ты рано, Бен. Банкет начнется только в пять.
— Но свадьба же в три. Вы ведь не думаете, что я пропущу свадьбу Анджелы!
— Я думаю, что, похоже, она сама ее пропустит, — проворчал Тони.
— По-моему, мы уже встречались раньше, миссис Карелла, — сказал он.
Тедди кивнула. У нее убийственно болела спина. Ей хотелось попросить стул с прямой спинкой, но она знала, что Тони уступил ей самое удобное и мягкое кресло на веранде, и ей не хотелось его обижать.
— А это друзья моего сына, — продолжал Тони. — Мисс Максуэлл, мистер Хейз и мистер Клинг. Бен Дарси.