А теперь, если позволите, я удалюсь, время уже позднее.
Старший следователь отреагировал кривой ухмылкой и мрачно поинтересовался:
– А если не позволю?
Я вскинула подбородок, и наши взгляды встретились. В моих глазах был вполне обоснованный гнев, а вот то, что отражалось в глазах лорда Давернетти идентифицировать не удалось – он словно бы бросал мне вызов, и в то же время… Что-то здесь было не так.
Интересно что?
И, поразмыслив об этом немного, я пришла к закономерному выводу:
– Вы не сумели схватить Зверя, не так ли?
И я вопросительно посмотрела на лорда Давернетти, а дракон… отвел взгляд.
Несколько секунд старший следователь молчал, затем вновь посмотрел на меня и сообщил:
– Лорд Гордан был со мной все это время.
Это была хорошая новость. Очень хорошая новость.
Давернетти же продолжил:
– В полицейском управлении остались исключительно чистокровные драконы. Все крепкого телосложения, все свободно прикасающиеся к золоту. Я проверил каждого. Лично.
Секундное молчание и хриплое:
– Но Зверь нанес удар изнутри.
На этом моменте я окончательно утратила понимание происходящего.
– Изнутри? – Поверить в это было сложно.
Как, впрочем, и во многое остальное. Чистокровные драконы могучего телосложения были оставлены в полицейском участке – в это поверить было легко. А вот в то, что Зверю вдруг понадобилась я, да столь сильно, что он поубивал всех оставленных полицейских, – не особо.
И я все еще не понимала мотивов – почему Зверь решил внезапно уничтожить меня?
И это непонимание я все же решила озвучить.
– Лорд Давернетти, боюсь, мне не совсем ясно, в чем причина внезапной агрессии со стороны Зверя.
Давернетти улыбнулся.
Широко, язвительно, зло. И несколько секунд эта широкая сияющая улыбка была единственной его реакцией на мой вопрос, но после, подавшись ко мне, старший следователь выдохнул:
– Моя славная, милая, сующая свой очаровательный носик везде мисс Ваерти, а я вам объясню. Видите ли, Бель, после вскрывшегося факта попытки кражи Илиаса Верга мы допросили Беллатрикс Стентон-Арнел.
Вопрос прозвучал практически оскорбительно, но я сдержалась, я сдержалась даже когда Давернетти позволил себе фривольное «Бель», и кивнула, предлагая продолжить дальнейшее повествование.