Я резко отпустила его ладонь, шагнула назад, чуть не споткнувшись об имеющиеся пары обуви, судорожно вздохнула и, с изрядной долей иронии, ответила:
– Лорд Давернетти, в принципе не вижу смысла говорить об очевидном, так что опустим этот момент.
– То есть, – дракон прищурился, – из-за меня. Потрясающе! Анабель, не знаю, должен ли я вам об этом говорить, но вы, как бы, старательно и показательно демонстрируете непримиримую ненависть ко мне. Не то чтобы я был этому рад, но решил, вдруг вы забыли, и…
Под моим мрачным взглядом дракон умолк.
– Вы неисправимы! – высказалась со всем тем чувством гнева, что в данный момент испытывала.
– Вы тоже, – улыбнулся Давернетти.
Да уж.
Я поправила капюшон, который снесло с моих еще влажных после ванны волос порывом ветра, и без отступлений прямо сообщила:
– У меня есть все основания полагать, что Зверь, пробужденный Лаурой Энсан, числится среди штатных целителей полицейского управления.
Дракон замер.
Ему потребовалось всего мгновение, чтобы осознать услышанное и понять, какие последствия могут иметь место, если мое предположение окажется верным.
– Бель, вы сокровище, – очень тихо произнес лорд Давернетти, делая шаг назад.
Грустно улыбнувшись, попросила:
– Поспешите.
Он серьезно кивнул.
Вспыхнул щит, закрывающий меня от непогоды и того порыва ветра, который мог бы и сбить с ног в момент, когда старший следователь взмыл в небо огромным драконом.
Это было красиво.
Очень красиво.
Трансформация дракона – вот так, в порыве, и взлет ввысь – волшебное зрелище.
И несколько секунд я восхищенно смотрела в небо, но лишь несколько секунд, большего я не могла себе позволить.
Отступив, я захлопнула дверь и воскликнула:
– Murum!"
"Именно в этот момент пришло осознание того, как много для меня сделал лорд Давернетти, оказавшись на пороге моего дома. У меня попросту не хватило бы сил отправить ему зов, а после вновь замуровать вход. Абсолютно не хватило бы.
Последнее, что я услышала, – это крик миссис Макстон: «Мистер Уоллан, девочка опять в обмороке!»
* * *Мой сон был долгим и сладким.
Долгим, потому как продлился более трех суток, а сладким по причине стараний мистера Оннера, баловавшего меня различными вкусностями, в основном в пюреобразном состоянии.