– И это не все, – я вновь приложила ледяные пальцы к вискам, – есть еще то, что я упорно игнорировала, а игнорировать не следовало бы. Вы все видели сине-голубое свечение, исходящее от меня, не так ли?
И я опустила руки.
А Бетси выронила недоеденный сэндвич.
– И что все это значит? – хрипло спросил мистер Илнер."
"– Это была не моя сила, это была магия лорда Арнела, – выговорила я, выдержав всеобщие не самые одобрительные взгляды.
Некоторое время все молчали, затем мистер Уоллан вопросил:
– Вы пользовались ею неосознанно?
– Я ею не пользовалась! – ответила возмущенно.
Но суть была даже не в этом.
– Но огромная проблема в том, что я могла бы воспользоваться! – Вот что мне пришлось сказать своим домочадцам. – При желании, да и даже без него, я могла бы ее использовать, но у меня есть принципы.
– А у дракониц – нет, – тихо сказала миссис Макстон.
И обратилась к мистеру Уоллану:
– Напомните мне, сколько раз профессор Стентон оказывался в постели после того, как его навещала леди Алисент Арнел?
Тихое ругательство и хриплый ответ:
– Каждый раз.
– Я помню, – холодно отозвалась миссис Макстон, одним тоном обозначив, что подобные детали в моем присутствии недопустимы для обсуждения.
И я, боюсь, была полностью с ней согласна, потому что я попросту не желала всего этого знать. Я была зла на профессора Стентона, игнорируя такой постулат, как «о мертвых или хорошо, или ничего». До сих пор, несмотря на то что давно смирилась с собственной участью, я чувствовала себя жестоко обманутой и не менее жестоко преданной.
– Лорд Гордан сообщил и еще кое-что, – с трудом удержав слезы, я перешла от темы обсуждения прошлого к обсуждению насущного. – Он сказал, что с приходом к власти лорда Арнела и полной поддержке его со стороны лорда Давернетти драконицы несколько утратили свои позиции. Утратили, но не смирились с утратой.
Я указала на книги, разложенные у камня-основания:
– Продажа детей – это заработок. Кто платил, догадаться уже не сложно.