Часов нигде нет, но ты, конечно, знаешь, когда именно это время приходит.
- Как дела? У тебя хорошие успехи?
- Потихоньку начинает получаться, - отвечаю я, - Но я уже смертельно устал. Может быть, я делаю что-то не так?
- Не волнуйся, - ты опускаешь задвижку и закрываешь вентиляционное отверстие печи. Погасив лампы, садишься напротив меня за стол и смотришь мне в глаза. Я нервничаю, когда ты вот так смотришь прямо на меня, - Тебе не нужно спешить. У нас много времени.
Закрывая библиотеку, ты всегда строго соблюдаешь установленный порядок действий.
- Ты не будешь возражать, если я провожу тебя до дома? - осмеливаюсь спросить я, когда мы выходим из библиотеки.
Ты поворачиваешься и смотришь на меня широко раскрытыми глазами. Звезды отражаются в их глубине, ярко сияя на небе.
"- Я новенький в городе, и мне не с кем поговорить, кроме тебя, - объясняю я, - Если есть возможность, я бы хотел прогуляться и пообщаться. И еще я хочу узнать тебя получше.
Ты слегка краснеешь.
- Но твой дом находится в противоположном направлении.
- Ничего страшного. Я люблю гулять.
- А что ты хочешь знать обо мне?
- Например, где ты живешь. И с кем. И почему ты работаешь в библиотеке.
Ты некоторое время молчишь.
- Я живу недалеко отсюда.
Вот и все, что ты говоришь. Но даже этого мне достаточно.
На тебе надето что-то вроде армейского пальто из грубого синего материала, черный свитер с круглым вырезом, местами потертый, и серая юбка, которая тебе великовата. Все это выглядит как выброшенная кем-то старая одежда. Но даже в таком убогом обличии ты прекрасна. Когда я иду рядом с тобой по ночной улице, мое сердце сжимается так, что я едва могу дышать.
- Ты сказал, что недавно сюда приехал. Откуда ты родом?
- Из города далеко на востоке, - неопределенно отвечаю я, - Большой город, очень, очень далеко отсюда.
- Я не знаю других городов, кроме этого. Я родилась здесь и никогда не бывала за стеной.
Твой голос звучит мягко и нежно. Но каждое слово, исходящее из твоих уст, находится под неутомимой защитой прочной восьмиметровой стены.