— Итогами проведенных два месяца назад больших морских маневров убедительно доказано — три-четыре миноносца гарантированно, вы понимаете, гарантированно, пускают на дно броненосец! Ну, конечно же, если броненосцев будет несколько и они будут соблюдать строй и метко стрелять… Кхм… Но в составе русских минных сил — около ста пятидесяти минных кораблей. Для которых наши транспорты с войсками — самая желанная добыча. А еще не следует забывать про крепостные минные поля и форты Кронштадта. Этот орешек, если помните, тридцать лет назад оказался нам не по зубам.
— Прошу прощения, милорд! — сиплый голос, напоминающий скрежет железа по граниту. — Прошу прощения. Возможно, вы не в курсе, что, хотя в составе русских минных сил действительно около ста пятидесяти минных кораблей, самодвижущимися минами Уайтхеда среди них вооружено не более десятка, остальные несут на вооружении метательные, буксируемые и шестовые мины. Оставшиеся на Балтике после ухода генерал-адмирала артиллерийские корабли — это старый барбетный броненосец, более напоминающий монитор, несколько низкобортных паровых фрегатов весьма почтенного возраста и совсем уж старинные плавучие броневые батареи…
— И все же, и все же…
— О да, конечно, — в сиплом голосе зазвучала ирония, — лезть с флотом в Финский залив — задача не из простых.
— Я помню, сэр, что «царь Владимир» гарантирует нам свободный проход, но выполнит ли он свое обещание? Я добрый христианин, и самоубийство мне претит!
— Генерал-адмирал увел с Балтики крейсера, — вмешался лающий баритон.
— Позвольте полюбопытствовать, сэр! — снова скрежет стали по камню. — Даже если они нас ждут — что конкретно нам грозит?
— Минные позиции! — лающий ответ.
— Уточните, сэр, это те самые позиции, схемы расположения которых добыты нашей разведкой полгода тому назад, или мы с вами говорим о разных минных позициях? — в скрежещущем голосе чувствуется откровенная издевка.