В ответ на эту неслыханную наглость неистовый генерал-адмирал лично отправил к праотцам британского офицера и полдесятка солдат, явившихся за его шпагой. А затем высадил в порту десант с крейсеров и лейб-гусарский полк с транспортов, захватил батареи и казармы, попутно прихватив три миноносца и легкий крейсер HMF «Аметист», на свою беду стоявшие в гавани.
Я так и представляю себе картинку маслом: окружившие Платова англичане кричат ему в мегафон:
— Война!.. Не объявлена!.. Сдавайтесь!.. Наши — в Питере!.
— Чего?! — орет в ответ Платов и приставляет мегафон к уху, чтобы лучше понять вопли этих уродов. — Повторите! Плохо слышу!
— Война!.. — доносится с английских кораблей. — …Объявлена!.. Наши… В Питере!..
— ЧЕГО?! — ревет разъяренный генерал-адмирал. — Вы у нас Питер захватили, самки собаки?! Ну, я вам дам! А ну-ка! Наверх вы, товарищи, все по местам!
Из всех щелей и даже раструбов вентиляторов на палубы вылезают сотни матросов.
— Ребята!!! — надсаживает глотку адмирал. — Эти уроды нашего царя грохнули! А в Сингапуре — вино и бабы!!! Если возьмем — город на три дня ваш! Сарынь, братцы, на кичку!!!
— Ур-р-р-р-р-ра-а-а-а-а!!! — Океанские просторы содрогаются от дружного рева моряков. В городе осыпается со стен штукатурка. Англичане медленно бледнеют. Занавес…
После захвата Сингапура он успел отправить несколько телеграмм. Большая их часть была шифровками в Морвед, но парочка этих эпистол, гласящих: «Какого … … … и какого … … …?! И вообще, что у вас там происходит?!», была доставлена мне в Кремль.