Казимир тут же оказался рядом с креслом, опустился на подлокотник и склонился над супругой, заботливым жестом отведя пряди с ее лица.
– Ну что ты, Лаура, все в порядке, – непривычно нежным голосом произнес он. – Неожиданно, да, но почему ты считаешь, что я не рад? – король улыбнулся уголком губ и погладил ладонью щеку Лауры. – И вовсе ты не будешь толстой, ты для меня всегда красавица, не придумывай, – он решительно ухватил королеву за руку и потянул к себе. – Прекращай плакать, тебе и правда вредно нервничать, любовь моя.
Пан Гуриш неслышно покинул гостиную, убедившись, что в его обществе и услугах здесь больше никто не нуждается. С губ целителя не сходила улыбка, он предвкушал, какой поднимется переполох во дворце, когда положение ее величества больше скрывать не удастся.
Год спустя
Злата наслаждалась тишиной, жмурясь и прижимаясь к Юлиану, – они сбежали к себе в покои, выдержав ровно час. Нет, маленькая сестричка мужа была чудо как хороша, но очень уж шумная и требующая внимания, а тут еще и Эрик с Иоанной пришли, причем всем семейством – и со старшеньким, и с близняшками.
– Знаешь, я, конечно, хорошо отношусь к детям, но мне кажется, стоит повременить немного, – задумчиво протянул Юлиан, словно услышал, о чем думает его рыжая принцесса.
Злата не удержалась, хихикнула, забравшись с ногами на колени Юлику и накрывшись хвостом – пока еще стояло лето, но по вечерам воздух уже бодрил, и камины топили в полную силу.
– Ничего не имею против, – проворковала она, прильнув к плечу супруга. – Дети хорошо, и я их хочу, но не вот прямо сейчас, – призналась аррини.
– Вот и замечательно, – повеселел Юлиан и чмокнул супругу в кончик носа.
Любила, да. А потом – греться в горячей ванне, с продолжением в постели… Пожалуй, не так уж плохо быть принцессой, особенно когда муж души в тебе не чает и при каждом удобном случае в прямом смысле носит на руках. А детки и правда подождут, нехорошо, если они появятся по долгу, а не по обоюдному желанию и согласию.