Ближайшая их территория – это Заворожённый лес, что разделял два соседних королевства друг от друга непролазной чащобой, эта территория считалась ничейной. Лес кишел разной живностью, смертельно опасной для человека. Но, кроме ужасов, в нём также хватало и сырья для целебных настоек, которые действительно затягивали раны и могли продлить молодость.
Вот только достать все эти травки, корешки да ягодки, удавалось далеко не всем.
Я вошла в отведённую для меня комнату. Дверь за спиной тихо закрылась, стражник провернул ключ в замочной скважине, после чего я услышала его удаляющиеся шаги.
Скинув плащ и оставив тяжёлые ботинки подле входа, прошла к кровати. Устало села на мягкую перину, и, недолго думая, растянулась в полный рост. Прикрыла тяжёлые веки.
День выдался не из простых, никогда прежде на моих глазах никого не убивали. Что за мир такой, где балом правит столь вопиющая жестокость?
Одолеваемая гнетущими мыслями, в итоге провалилась в беспокойный сон.
Проснулась только следующим утром, с трудом села.
С трудом поднявшись на ноги, подошла к комоду, на котором стоял фарфоровый таз, рядом с ним кувшин с чистой водой. Налив воду в сосуд, плеснула в лицо холодной живительной влаги. Полегчало.
Также, как улитка, поплелась к неприметной дверце, за которой находилось помещение для отправления естественных нужд. Только в особых комнатах, где обитали аристократы, пользовавшиеся благосклонностью королевской семьи, были установлены унитазы с какой-никакой канализационной системой, но в большинстве опочивален к услугам жильцом был обыкновенный керамический горшок, который выносили служанки несколько раз в день.
По-быстрому сделав свои дела, вернулась в основную комнату и снова помыла руки. Кусок тёмного мыла лежал подле, оно было каким-то жирным (с трудом смывалось и оставляло тонкую плёнку на коже рук) и слабо пенилось, запах нейтральный.
"Закончив с процедурами, хотела было присесть подле окна, как в дверь постучали.
– Войдите, – отозвалась я, будто от меня зависело, сможет посетитель войти или нет. На самом-то деле я пленница, и прав у меня никаких.
Дверь открылась мгновенно, на пороге замер старший гвардеец, его одежда отличалась от других вояк не только цветом накидки, но и богатством вышивки. Личный телохранитель Её Величества.
– Доброе утро, леди Йорк.