— рассмеялась Екатерина, усаживаясь на центральное кресло-трон. — К слову, тебе с ней очень повезло.
— Еще бы. Жаль, что с тестем — нет. — со вздохом заметила Мальвина.
— Угрожал? — подняв бровь поинтересовалась Екатерина, и я кивнул. — Ну, этого стоило ожидать. Отдавать просто так наследство Меньшиковых он не захочет. К счастью, мы обо всем позаботились заранее.
— Даже с главой боярской коллегии? — уточнил я. — Как вы задобрили Нарышкиных?
— Какая разница? — улыбнувшись спросила Екатерина. — Главное, чтобы дети были счастливы… а брат поплатился за свое высокомерие.
— Если он начнет открытое противостояние — у нас не хватит ресурсов чтобы дать должный отпор. — покачав головой заметил я. — К тому же, как с западной компанией?
— Именно поэтому мы и сумели договориться с князем Нарышкиным. — вновь улыбнулась Екатерина. — После сегодняшнего покушения Петр не оставит это без ответа. Так что в судах будет участвовать его супруга. Первого помощника он лишился, как и существенной части поддерживавших его военных.
— Выходит у него нет выхода? — уточнил я. — Он не император, а глава пусть и великого, но независимого рода.
— Слово дворянина — крепче стали. Иначе он не дворянин, и на слово ему никто верить не станет. Потеря репутации, потеря влияния… все это влечет за собой угасание рода. — наставительно произнесла Екатерина. — И брат понимает это куда лучше, чем кто-то еще.
— Не эти ли разборки внутри бояр и семьи, привели к тому, что страна чуть не развалилась? — нахмурившись спросил я. — Каждый хочет урвать себе кусочек.
— А как иначе? — улыбнувшись спросила Екатерина. — Это естественное состояние человека — желать больше, чем есть, и куда больше, чем заслуживаешь. Лень, один из неистребимых грехов человека.
— Когда вокруг столько прекрасных женщин, а мужчину не сдерживают рамки закона, придерживаться морали очень тяжело. — искренне вздохнул я.
— Боюсь вашей супруге придется с этим смириться. — так же вздохнула Инга.
— И даже супругам. — лучезарно улыбаясь заметила Ангелина."
"— Тут да, больше у его высочества никаких отговорок нет и быть не может. — усмехнулась Екатерина.