Она переводила взгляд с Лайонкрофта на Эванджелину и обратно, будто не могла решить, что важнее — бежать от очевидной ярости Лайонкрофта или не покидать Эванджелину и предоставить ей испытать его гнев.
И в эту минуту появился лакей, доставивший ранее записку Лайонкрофта Эванджелине.
— Вы звали слуг, милорд?
Лайонкрофт поморщился, но тут же его лицо просветлело.
— Прошу прощения, Милтон. Мне больше не требуется ваша помощь. Мисс Стентон помогла мне подтвердить то, что мне требовалось узнать.
Лакей бросил взгляд на Эванджелину, потом перевел на Лайонкрофта.
— Вы… знаете?
Лайонкрофт повысил голос:
— А вы знаете?
Сьюзен подняла руку:
— Я знаю.
Эванджелина закрыла глаза:
— А кто не знает?
— Я хочу понять, почему все известно моей прислуге раньше, чем мне. — Лайонкрофт смотрел на Милтона. — Объясните мне.
— Похоже, она наколдовала кое-что нескольким слугам, милорд. Нашла пропавшие вещи и так далее. А вести о подобных подвигах распространяются быстро.
— Это не колдовство, — пробормотала Эванджелина.
— Вы, — выкрикнул Лайонкрофт, — вы ведьма."
"— Все не так, — заверила его Эванджелина. — Возможно, кое-кто из слуг знает, но я женщина, а не ведьма, а из гостей о моих видениях знают немногие — только те, кто в этой комнате, и еще леди Стентон. И я бы предпочла, чтобы все так и оставалось.
— Предпочли бы? Неужели? А вы не думаете, что я бы предпочел, чтобы в моем доме за мной не шпионили и не пытались узнать мои мысли каждый раз, когда до меня дотрагиваются?
Прежде чем Эванджелина успела ответить, в комнату ворвалась леди Стснтон.
— Ну? — спросила она Эванджелину. — Да или нет?
Глаза мистера Лайонкрофта сузились:
— Что «да или нет»? Это имеет отношение к ее колдовству? Постойте, я попробую угадать! Единственная цель вашего приезда — покопаться без моего ведома у меня в мозгах.
Эванджелина вспыхнула, покачала головой и сделала знак леди Стентон помолчать, но та не обратила на нее внимания.
— Да, — согласилась она, — мисс Пембертон должна была узнать, повесят ли вас за убийство Хедерингтона.
— Итак, мисс Пембертон?
Медлительность и лень в голосе Лайонкрофта не могли скрыть того, что тайный гнев бушевал и клубился в нем.
— Вы терпите мое присутствие по единственной причине и с единственной целью — узнать мои тайны, просто считать их с моего тела.