Ваня хоть и был собран, но уделял девице, по мнению Трохина, слишком много внимания: интересовался, видно ли ей сцену, не холодно ли, не жарко ли, а разок даже заказал из воздуха кулек с конфетами, которые девица даже не стала пробовать. Зато конфеты неожиданно понравились Трохину, и он довольно быстро сжевал весь кулек.
Наконец со всех сторон заухали аккорды, сразу напомнившие Трохину молодость — свои первые школьные пати под музыку в стиле рейв. Но оказалось, что это звучал гимн ЕИАК, а его заглушал гимн СШП, звучащий на противоположном конце стадиона.
Самым неприятным было то, что ни Ваня, ни Трохин пока не представляли себе плана действий. Ясно было одно — авторитет Трохина после скандала на канале и вчерашней акции очень велик, уже сейчас на Трохина оборачивались с окрестных трибун.
В том, что террористический флэшмоб намечается, не было сомнений уже ни у кого. Трохину, как известному теперь деятелю оппозиции, еще ночью пришло с полсотни загадочных приглашений от неизвестных, предлагавших ждать сигнала и выступить вместе.
Тем временем позади них на соседнем ряду разместилась кучка молодых людей в полосатых шарфах со звездами. Настроены они были агрессивно — громко смеялись и махали руками.
— Осторожно! — прошептал Ваня на ухо Трохину. — Видите этих, сзади? Это граждане СШП, посольские… Они могут нам помешать… Наверно, для того и выторговали эти места…
— Понял, — сказал Трохин.
Церемония шла полным ходом.