Когда вы ее разорвете — перенесетесь обратно.
— Что?! — изумился Трохин, нащупывая цепочку. — То есть я в любой момент, даже в камере, мог разорвать эту штуку и вернуться?!
— Осторожно, осторожно! — предупредил Ваня, поднимая ладонь. — Сначала надо покрыть бонусный долг, иначе долговые службы вас могут найти и в вашем веке.
— Но могут и не найти? — сурово спросил Трохин, сжимая цепочку.
— Могут и не найти, — кивнул Ваня, — Скорее всего даже искать не станут. Но почему не сделать все по закону? Вдруг вы к нам не последний раз?
— Последний, — твердо сказал Трохин.
— Доверьтесь мне, я, между прочим, иду на большой риск, чтобы сделать все законно. Через двадцать минут вы будете дома.
— Куда мы летим? — сурово спросил Трохин.
— В церковь, — просто ответил Ваня.
— Зачем?
— Там вы примете сан.
— Зачем?!"
"— Я нашел хитрую лазейку в законе. Вы примете сан и сразу вернетесь в свое прошлое. И начнете там вести религиозную пропаганду.
— Никогда!
— А никто и не заставит, все равно недоказуемо. Но вы уже в сане, и за религиозную деятельность ежегодно начисляются бонусы, даже больше, чем за труд.
— К вашей эре? — усмехнулся Трохин. — Своим ходом? Боюсь, не дотяну.
— Тем более какие проблемы? Схема понятна?
— И не подумаю! — разозлился Трохин. — Какой сан? Какая пропаганда? Я атеист!
— Вы уже говорили, — кивнул Ваня. — Именно поэтому мы, гражданин Трохин, летим в атеистическую церковь, я уже договорился с ее Батей, он ждет нас.
— Какая еще атеистическая церковь? — возмутился Трохин. — Что за бред?!!
— А как же вы себе мыслите, гражданин Трохин? — удивился Ваня. — Все верующие мира будут зарабатывать законные бонусы за свою веру, а атеисты не смогут? Дискриминация по религиозному признаку. Атеисты тоже граждане! Они имеют такое же право на свою веру и на свои храмы, как и прочие верующие!
— Но они же неверующие?!
— Разумеется.
— Конфессий?!
— У атеистов много конфессий, все различаются, и не все хорошо меж собой ладят. Старообрядцы на своих иконах изображают Шимпанзе. Раскольники — Орангутанга-самку с детенышем. Реформисты Новой школы поклоняются лику Австралопитека, а на шее носят цепочку с подвеской в виде крошечного каменного топорика.
— У меня нет слов, — сказал Трохин.
— Кстати о словах.