"
"«Эй, венец творения, — шептал снайпер, возлагая перекрестье на чью-либо восторженную голову. — Тончайший механизм природы, говоришь? Линза, вобравшая в себя вселенную, да? Чья-то любовь и надежда, хи-хи?..»
Было сладко сознавать, что лёгкого нажатия пальца достаточно, чтобы разом всё это сломать, разбить… оборвать чью-то судьбу как нитку, оставив в памяти десятка незнакомых людей след — пусть чёрный и безымянный, но — свой…
Снайпер вытирал ладонью рот и вновь приникал к прицелу. Однажды он сорвался. Досадную историю можно было бы замять — покойник оказался человечком невеликим, — если бы его взорвавшиеся, забрызгавшие лощёное лицо премьера мозги не угодили в прямой эфир.
На Рене было жалко смотреть. Насупив брови, он безмолвно шевелил губами, будто пережёвывая тезисы и антитезисы. Он всегда так жевал, когда оказывался сильно озадачен чем-либо.
Фома принял решение идти на выручку.
— Мне вот что любопытно, — сказал он раздумчиво. — Человечество поселилось у разных звёзд. И неужто всюду воюет?
— Всюду, — кивнул капрал.
— Может, всё-таки есть где тихое место?
На миг капрал задумался.
— Есть, — сказал. — Вернее, было… Планета Земля. Всеобщий Миллионолетний Пакт объявил незаконными боевые действия на ней и в её окрестностях.
— Гы! С чего бы такое почтение? — спросил снайпер.
— Считается, что она — колыбель человечества…
Историю Земли будущему капралу тоже рассказал пленный политолог.
Сперва туда возвращались те, кто устал от трудов в колониях — искать комфорта или спокойной старости. Потом реэвакуацию отменили из-за опасности перенаселения.
Предоставленные сами себе земляне направили свою энергию на обустройство планеты. Вооружённые выступления оказались под запретом, впоследствии табу распространилось на другие виды конфликтов. Постепенно любые столкновения стали порицаемы, тем более что материальных причин для них не было — Земля сумела дать каждому своему обитателю необходимый минимум для комфортного существования.
В сущности, то был гигантский эксперимент по возвращению утраченного некогда рая.
Пищи и крова хватало всем.
Рост численности, несколько замедлившийся было, вернул себе темп после Репродуктивной Реформы, освободившей родителей от забот по воспитанию своих чад. Все хлопоты взяли на себя общественные институты — и прекрасно с ними справлялись.