Теперь фирма «ЛисСтальИнвест» принадлежит ей, сотрудники трудятся в поте лица, на счет «капают» денежки, а сама капиталистка загорает на мягком песочке и купается в чистейшей воде. Она написала мне по электронной почте письмо, в котором призналась, что безмерно, просто до неприличия счастлива. И благодарила меня, я только не поняла – за что?
Изольда призналась милиционерам, что это она подожгла дом. Вдова поверила Дарье, будто завещание составлено на нее, и решила уничтожить бумагу. Разлила бензин в кабинете Лисовика, но то ли переборщила с горючим, то ли дом и правда был построен через пень-колоду, но перекрытия быстро занялись огнем.
Кстати, вдова взяла на воспитание Аню, дочку Сильвии. После того как убийцу арестовали, ее мать слегла и не могла больше следить за внучкой. Изольда оформила опеку над Аней. Для этого потребовалось согласие Сильвии, и она его конечно же дала, поскольку понимала, что дочери лучше расти со сводными братьями, чем в приюте.
У Изольды неожиданно пошла в гору карьера, и не в модельном бизнесе, а на телевидении.
А я вышла замуж за Руслана Супроткина. Вернее, не совсем вышла. Тут вот какая история получилась.
День свадьбы был назначен на вторую субботу августа.
"Я стояла на крыльце Дворца бракосочетаний, мое голубое платье из натурального шелка развевалось на ветру, в руках я держала восхитительный букет невесты из белых и голубых роз. Руслан в сером костюме в тонкую полоску тоже выглядел сногсшибательно.
– Ты что, не мог нормально запомнить дату? – кричала я ему.
– А ты? Кому эта свадьба нужна, в конце концов? – вопил он.
– Ах, тебе, значит, не нужна? Ну и отлично, мне тоже! – Я примеривалась, в какую урну выбросить букет.
Было два варианта дальнейшего развития событий: разругаться в пух и прах или сделать вид, что ничего особенного не случилось. Мы выбрали второй. Торжество все-таки состоялось, гости приехали в ресторан, пили, гуляли и чествовали жениха и невесту. И только свидетели знали, что паспорта молодых остались девственно-чистыми.