— Уилл перепроверил инопланетное управление. — Никаких ошибок, на этот раз они включены.
— Если только это не ядерное оружие, — сказал Фред, — то ничто такого же размера не сможет обойти щиты ковенантов.
Он смотрел через экран на приближающихся врагов. Зрелище было похоже на прибывающий прилив, и Фреду вспомнился один из детских уроков Дежы: как на один из австралийских пляжей вместе с приливом накатывает рой медуз. Одно ужаление от крошечного беспозвоночного способно вызвать некроз тканей и паралич. Сотни же более чем достаточно для летального исхода.
— Отводи нас, Уилл. — приказал он.
— Что-то происходит, — предупредила Линда.
Изображение на экране прыгнуло к скоплению корабликов. Семь из них выстроились в линию. Обзор вновь отдалился, демонстрируя другие похожие построения. Семь линий сложились в вытянутый треугольник, а сферы находящихся внутри сорока девяти судёнышек начали разогреваться до ярко-красного цвета.
— Лево руля! — прокричал Фред. — Резервную энергию на щиты.
Палуба наклонилась.
— Есть лево руля, — ответил так же громко Уилл.
Картинку на экране заполнил выстрел из золотистого света. Каркас эсминца отозвался так, словно по нему ударили молотом. Искусственная гравитация отказала, и Фред схватился за перила.
— Попадание по правому борту, — произнёс Уилл. — Щиты уничтожены.
Фред потянулся рукой к своей консоли и на обзорном экране появился ""Окровавленный Дух"". Зияющий кратер в обшивке синего цвета тлел ярко белым цветом. Кристаллическая электроника потрескалась и перерубленные плазменные контуры извергали огонь.
— Основное давление плазмы на нуле, — доложил Уилл. — Перевожу на топливные ячейки. Конденсаторы подпространства заряд сохранили. У нас ещё достаточно энергии для прыжка.
Линда посмотрела на него, затем на Фреда, и кивнула.
Фред смотрел, как ещё большее число инопланетных дронов оформляется в треугольную сетку. Поодиночке они не были помехой ни одному кораблю Ковенанта.
— Нет, мы не уйдём, — пробормотал Фред. — Мы подойдём ближе. Уилл, рассчитай нам решение для прыжка по координатам двадцать семь градусов северной широты и сто восемнадцать восточной долготы. Высота — пятнадцать тысяч метров.
— Уже, — откликнулся тот и уставился на ковенантские символы, текущие по его пульту.