— отозвался Джеррод. Его голографическая точка окрасилась в серый цвет, словно он был смущён. — Неопознанные корабли приближаются. Девяносто тысяч километров, и их скорость увеличивается.
Халси пристегнулась в капитанском кресле. — Ложись на курс сорок пять-сорок пять.
— Есть, мэм, — последовало подтверждение. ""Беатриса"" накренилась, и её двигатели засверкали, оставляя за собой след в виде ожога. — Курс скорректирован.
Доктор Халси изучила плазменные катушки. Хотя остальной корабль был настоящим антиквариатом, эти катушки выглядели почти новыми.
— Увеличь мощность в катушках до ста двадцати процентов.
Келли заёрзала. Её бронированные рукавицы сжались в кулаки.
— Мы не можем сражаться, — пояснила ей Халси. — И я даже в десятой части не такой хороший астронавигатор, каким был капитан Киз.
— Рывок через три секунды, — объявил ИИ.
""Что оставляет нам всего один вариант: сматываться ко всем чертям"", закончила в уме доктор.
""Беатриса"" вздрогнула и устремилась вперёд. Халси вдавило в её сидение.
— Корабли преследователей ускоряются для перехвата, — проинформировал Джеррод.
— Держи курс, — с усилием выдавила из себя доктор Халси.
Луна на центральном экране становилась всё больше.
— Боюсь, у меня не было шанса перепроверить нашу траекторию. — обратилась к Келли Халси, сжав зубы. — Я не придумала ничего лучше, чем промежуточный полёт к планете.
— Весьма точно, мэм.
Теперь доктор дышала с заметным усилием:
— Я могу не пережить ускорения, и определённо потеряю сознание. Ты должна посадить корабль. Найди остальных. — женщина прервалась, переводя дыхание. — Программирование входа...
— Кого ""остальных""? — переспросила Келли.
— Всплеск энергии, — вмешался ИИ. — Центральные ядра ведущих кораблей преследователей начали излучать эквивалент чёрного излучения в пятнадцать тысяч градусов по Кельвину.
Дрожащим пальцем доктор Халси перепроверила схемы двигателей.
— Увеличь мощность на сто шестьдесят процентов.
— Да, мэм.
Корма ""Беатрисы"" затряслась, а металл застонал от чрезмерно большой перегрузки. Обзорный экран заполонила сумеречная поверхность луны планеты с каньонами из голубого льда и метановыми гейзерами.
— Вид с кормы, — выдохнула Халси. В уголках глаз начало темнеть.
Изображение сменилось. В черноте космоса засияли ярко белые точки, и вечную тьму прорезали копья энергии.