Вытирая выступившие слезы с глаз, поплелся обратно в комнату. Поймав пробегающего мимо слугу, поинтересовался, где можно помыться. Желание вонять на всю округу у меня не было. Меня без витиеватых лишних изречений послали на… озеро. Мда… много намоешься в холодной воде и без шампуня. Ох, избаловал меня Зеран. Он умудрялся даже в реке делать для меня горячую воду и всегда находил шампунь и ароматное мыло. Непрошено выступили слезы. Черт! Как же я скучаю по нему. Сейчас бы прижаться, и почувствовать его руки гладящие меня по голове.
Артисты все еще взбудораженные от предстоящего завтра представления, укладывались спасть. Кстати, опять кто, где может. Слишком много народу, душно. Еще и есть хотелось зверски. Плюнув, на все это, я решил сделать налет на дворцовую кухню. Если у них так же устроено, как у нас во дворце, то мне точно удастся урвать кусочек. И спать пойду в сад, я как раз сегодня видел раскидистое дерево, под ним самый раз будет. Нюхать вонь в комнате, набитой как селедка в бочке, мне совсем не улыбалось.
Плутаю, уже пол часа. Запах рядом, а куда идти не пойму. Ну, кто же так строит! Находка для шпиона. Без компаса не разберешься, и мох не растет. Черт! Бреду. Ни фига не вижу, темно. Иду на ощупь, почти. Иногда в окнах мелькает свет лун.
— Твою же…! — вырвалось у меня, когда споткнулся. О, вижу! Что-то я с этими нервами про ночное зрение совсем забыл.
— Эй, милейший, — хватаю проходящего мимо мужчину. — Где у вас кухня?
Молчит, а я зверею. Мне его убить, что ли?
— Я жрать хочу! — рявкнул я, аж сам испугался. Дайте памперс, этот полный.
Желудок подтвердил громким урчанием, что пора отмереть и сказать куда идти.
— Там, — спокойно махнул рукой, и хотел идти дальше.
— Умник, там это где? Пошли, покажешь, или я это дворец скоро по кирпичику разберу, — прорычал я.
— А получится? — поддел он меня.
— Поверь, лучше на слово. Идем? — наглый какой слуга. Хотя я сейчас не принц, а так один из артистов. Наверное, он мог со мной вообще не разговаривать.
— Идем. Я тоже есть захотел, — согласился мужчина.
— Сразу сказать было нельзя? — обиделся я,
— Нет. Я не хотел.
— Все с тобой ясно. Сам не знаешь, чего хочешь.