– Мне кажется, в гостиной дует, – не ведется на мое раздражение Руслан, – я еще одеяло принес. Вот, накройтесь.
На счет того, что поддувает, это он прав. По комнате при порывах ветра пробегают сквозняки. Но Русланчик хорошо одет и накрыт, так что я не переживаю за него, а вот самой зябко.
Я накрываю нас с ним дополнительным одеялом.
– Может, все же пойдешь наверх, Насть? Я сам тут посплю, а ты в спальню иди – там сквозняков нет.
– Нет, я сказала. Дай поспать. – отворачиваюсь к спинке дивана.
– Тогда пойду отопление подбавлю.
Руслан ушлепывает куда-то в коридор. А меня, то ли от подбавленного тепла, то ли от дополнительного одеяла, то ли от усталости клонит в сон, и я наконец, уплываю.
Во сне чувствую, как ко мне кто-то подходит, берет на руки. Я не могу проснуться, но чувствую, как жесткое сидение дивана сменяется удобным воздушным матрасом.
А потом как подскочу. Неужели перенес?! Ну да. Наша бывшая спальня. И наша кровать, на которой мы провели столько жарких ночей, пока не появилась его мамаша, и не разрушила нашу идиллию.
– Где Русланчик?! – шиплю я на Быстрицкого.
– Вот он, не переживай, – Руслан бережно несет нашего сына, осторожно опускает рядом со мной. – Все же я очень переживал за вас внизу. Спи, Насть, не вредничай. Отдыхай полноценно.
И пока я не успела достойно ему ответить Руслан быстро выходит из спальни, прикрыв за собой дверь.
* * *Руслан
Сижу на этом самом проклятом диване. Три часа утра, а я глаз сомкнуть не могу. И отпустить Настю с ребенком тоже не могу.
Как я вообще мог повестись на эти обвинения? Ну украла она полляма, ну и хрен бы с ними! Значит, надо ей! А я как идиот, устроил спектакль с полицией, держал ее в допросной. Самому с себя противно. Неудивительно, что теперь Настя видеть меня не хочет. Я сам, лично подтолкнул ее в объятия Потапыча.
А я все думал до этого, гадал, почему это Мишаня так Настю не любит? Ругается, кляузничает, унижает, выставляет ее в плохом свете… а ответ-то прост: сам на нее запал, и под заварушку с воровством украл у меня любимую.
Меня до сих пор трясет, как представлю их вместе, в одной постели. И Настя как назло не говорит, было у них там что-нибудь или нет…
Хотя если честно, мне уже пофиг. Было и было. От этого не перестану любить Настю.
Гоняю эти мысли до утра, а хмурый рассвет застает меня за чашечкой кофе.