Ты что, пила?"
"Он принюхался, повел носом и с укором подтвердил:
— Пила.
— Только сок, — и покраснела.
— Ага, я так и подумал.
— Я хотела тебе сказать…
Прохлада и полумрак старого сада внезапно отступили. На самом краю огромной поляны Аркх опустил ее на землю.
— … что нам нужно расстаться… Ох!
На мгновение он замер, а затем прижал ее к себе спиной, руками крепко обнимая за талию Широкая ладонь легла ей на живот и обжигая, мешала и думать, и говорить.
Не позволяя ей ни шелохнуться, ни шага ступить, продолжая обнимать, склонился к уху и таким многозначительным шепотом прошептал, что каждый волосок на ее теле встопорщился:
— Что ты сказала?!
— Я тебя отпускаю…
— Ты… Меня… Отпускаешь?.
И прикусив мочку ее ушка добавил:
— А я этого хочу?
— Просто ты… меня… не хочешь…
— Я что?!!
Одним рывком он развернул ее к себе лицом. Ярость в его глазах сменилась удивлением. А затем глаза заискрились смехом и он расхохотался. Громко и безудержно. Так, что испуганные птицы взмыли с громким щебетом вверх.
— Значит… Я тебя… не хочу… — он медленно, шаг за шагом наступал на нее. — И ты меня решила бросить.
— Отпустить… — не понимая его реакции, Тасся продолжала пятиться, поднимая в воздух разбросанные по поляне лепестки белых роз.
— А ты сама-то… — его голос стал вкрадчивым, а наступление все продолжалось. — Хочешь… меня?
Глядя на него, словно кролик на удава, не отдавая отчета, что творит, кивнула…
Его отпустило, и улыбнувшись, Аркх притянул ее к себе и плотно прижал.
- Не ерзай, — прошипел ей. — Как по-твоему — что это?
И он сделал движение бедрами…
То ли близость этого мужчины, то ли коварный апельсиновый сок начал свое хмельное действие, но голова у нее слегка закружилась.
— Дубина любви?
От неожиданности такого ответа он ослабил хватку, а Тасся сделала по инерции еще шаг назад, и споткнувшись о разбросанные кругом подушки, плюхнулась на покрытые светлым шелком мохнатые шкуры.
Она продолжала отползать, а Аркх, опустившись на колени, все надвигался и надвигался.
— Дубина?!.. Ты где этого набралась? — его голос вибрировал и отбирал у нее волю.
— Милли книжечку дала почитать…
— Опять эта Милли…
Нависнув над девушкой на согнутых локтях, мгновение смотрел ей в глаза.