Не спрашивает, а просто ставит перед фактом.
Я так и не сохранила его номер, но знаю, что это он.
Странно, но меня это совсем не удивляет.
Я знаю, что не должна соглашаться. Хотя бы потому что он не должен узнать о Мие, но в этот момент мне уже кажется неважным все остальное. Я не могу перестать думать о том, что сказал Дориан.
Хорошо.
Отправляю ответ и через минуту получаю ещё одно сообщение. Но уже от Себастьяна. Как будто он чувствует, когда нужно напомнить о себе.
Нажимаю на оповещение и быстро прохожусь взглядом по тексту.
Себастьян пишет, что всё идёт хорошо, и он сможет вернуться уже через несколько дней. Я знаю, что должна обрадоваться этому, но почему-то не получается. Я даже не могу ответить ему.
Вместо этого оставляю телефон и иду в ванную. В зеркале вижу свои красные опухшие глаза и быстро ополаскиваю лицо, смывая засохшие дорожки слёз. Последнее, что я хочу — это чтобы Раян застал меня в таком виде. Полчаса это совсем немного для того, чтобы привести себя в порядок, но это лучше, чем ничего.
Я на мгновение теряюсь и падаю в ступор.
Затем делаю несколько вдохов-выдохов, пытаясь успокоиться. Кое-как все же беру себя в руки и выхожу из ванной.
Плотно закрываю дверь спальни, за которой спит моя малышка, после чего иду на звук дверного звонка. По пути проскакивают мысли о том, что это вернулся Дориан, но понимание приходит почти сразу.
Конечно же, это Раян.
И я убеждаюсь в этом, стоит мне щёлкнуть замком и открыть дверь.
— Привет, Эвелин, — говорит Раян и уверенным шагом ступает в дом. Сам закрывает за собой дверь, а я отступаю и нарочно отвожу взгляд, чтобы не встретиться с его глазами.
Мне хочется упрекнуть его в том, что полчаса ещё не прошло, но вместо этого из горла непроизвольно вырывается всхлип.
Тело Раяна пораженно застывает рядом со мной.
— Ты плакала? — удивлённо озвучивает он.
Я молчу. Проглатываю всхлип и крепко закрываю глаза, когда пальцы Раяна поддевают мой подбородок и поднимают лицо вверх.
— Что случилось, Эвелин? — доносится до меня строгое.
Я ещё крепче сжимаю веки.
— Ничего, — глухо отвечаю.
Затем все же заставляю себя разлепить веки и издаю рваный вздох, встречаясь с внимательными зелёными глазами.
Раян осматривает мое лицо, а затем хмурится ещё больше.
— Нет, что-то случилось. Скажи мне.
— Дориан сказал мне, что ты преступник, — почти всхлипываю я. — Это правда?
Выражение Раяна не меняется.