Девушка открывает рот, но вновь закрывает его, после чего низким тоном озвучивает:
— И что дальше? Так и будем сидеть здесь?
По моей коже пробегают мурашки.
Это не то, что она хотела спросить. Я все ещё вижу в глазах Мелиссы отпечаток потрясения и зависшего в воздухе немого вопроса. Но она не озвучивает его, за что я ей очень благодарна.
Сердце издает громкий стук. Я машинально прислушиваюсь к звукам и понимаю, что их просто нет. Такое ощущение, будто за дверью больше никого нет. Мне даже начинает казаться, что Раян просто ушел.
— Ты права, — отвечаю захрипшим голосом и, пользуясь своей импульсивной смелостью, резко выпрямляюсь и забираю из рук Мелиссы дочь. Затем быстро разворачиваюсь и шагаю к двери. Рука на мгновение зависает в сомнении, прежде чем резко поворачивает замок и дёргает дверь на себя. Делаю шаг вперёд и тут же дергаюсь, замирая с сорвавшимся вздохом.
21
Раян никуда не ушел.
Он упирается в спинку дивана поясницей с расставленными по сторонам ладонями, чуть сгорбившись и опустив лицо.
Я напрягаюсь, но понимаю, что убегать обратно будет глупо. По воздуху течет густая тишина, мне в затылок упирается нервное дыхание Мелиссы, и только гуление малышки кое-как разбавляет повисшую между нами угрюмость.
Раян смотрит на меня какое-то время неотрывно. Вглядывается, высматривает, считывает. Затем медленно переводит взгляд в сторону, будто только сейчас замечает Мелиссу.
"— Мелисса, оставь нас, пожалуйста, наедине, — наконец самоуверенно произносит Раян, от чего у меня все обрывается внутри. — Нам с Эвелин нужно кое-что обсудить.
Мелисса делает быстрый вдох и машинально хватается за мой локоть. Сжимает сильнее и не сдвигается с места. Малышка громко издает кряхтение, словно чувствует, что происходит. Раян не сводит взгляд с лица Мелиссы, по его губам ползет кривоватая улыбка.
— Мелисса, — обращается к девушке. — Я не причиню ей вреда и ты сама об этом знаешь, — говорит так, что я сама готова поверить, а затем переводит проникновенный взгляд на меня, все ещё обращаясь к ней: — Эвелин всё неправильно поняла.
Сердце в груди сильно екает. Я инстинктивно прижимаю дочь к себе крепче, а у самой мысли скачут быстрее, чем удары сердца. Мне бы хотелось этого больше всего на свете.