Она перешагнула черту, нечего теперь топтаться у границы. Страшно, но регресс неприемлем в их отношениях, нельзя оглядываться назад.
Аравин придавливал ее оцепенелым взглядом бесконечно долго, и от затягивающейся неизвестности сердце Стаси то немело, то безумно колотилось. Она даже успела удивиться тому факту, что ее организм справляется с подобными ощущениями. Это же чистой воды издевательство, а он выдерживал.
– В свою комнату. Сейчас же, – наконец отрывисто прохрипел Егор, и грудь Стаси дернулась от ряда судорожных вздохов.
Облегчение и разочарование. Две противоречивые эмоции незамедлительно качнули ее нервную систему.
Стася, как могла, пыталась справиться со своими растрепанными чувствами, и при этом не всколыхнуть разгневанного зверя внутри Аравина. Чуть меньше двадцати секунд понадобилось, чтобы заставить свое тело слушаться. Но и это показалось вечностью.
Застывшим взглядом наблюдая, как кулаки Егора сжимаются, а плечи напрягаются еще сильнее, допивала до дна остывший напиток своей дерзости.
В конечном итоге, здравый смысл преодолел другие порывы, и Стася поспешила скрыться с глаз Егора. Должен же этот мерзкий день закончиться, в конце концов... Она уходила, оставляя его наедине со своими мыслями, своими ощущениями. Пускай злится, анализирует, копается в себе. Она не могла раскаиваться в совершённом. Ну, разве что самую малость...
Аравин же провожал ее тяжелым взглядом.
Но едва Стася исчезла из поля видимости, как в голове Аравина что-то протестующе взорвалось. Его накрыло сильнейшее чувство абсолютной потребности в другом человеке.
Настигнуть. Коснуться. Ощутить тепло ее тела. Уловить дыхание.
Подчинялся этим командам совершенно бездумно.
Быстро и бесшумно ступая, Егор пересек большую гостиную и длинный коридор.
Стася резко обернулась на этот шум, и сердце Егора сделало бешеный толчок. Его ослепило взрывом эмоций.
Жива. Она жива. Она рядом.
Все, что ему нужно.
Или нет...