А сейчас, наблюдая за приближением Аравина, за его неторопливым пружинистым шагом, за тем, как причудливо ложатся на белую рубашку красно-синие лучи стробоскопа, ощущала бегущую по коже дрожь предвкушения.
Дыхание застыло: ни вдохнуть, ни выдохнуть. Пока волнение не вырвалось из груди счастливым дребезжащим смехом.
Высота звучания музыки изменилась. Громко, дробно и раскатисто застучала ударная установка. Сердце ей в тон забилось жесткими и отчетливыми рывками. Полоснула слух тонкая высокая нота, и полились плавные гитарные аккорды.
Аравин остановился."
"Смотрел на Стасю, и сердце в груди рвалось от исступления. Прожигал ее взглядом с неприличной продолжительностью. Непомерно, ненасытно пил ее запоем.
Его принцесса, в воздушном платье цвета нежнейшего айвори, до греха красивая. Сладкая. Терпкая. Спелая.
Незаметно сглатывая, примирялся с сопливой запредельностью этих сентиментальных мыслей.
Сжимая в руке холодные девичьи пальчики, бережно привлек Стасю к себе. Плавно качнул в сторону, направляя ее движения.
По прошествии времени, уже мог осмыслить то, что Стася не захватывала его врасплох. Она ему изначально была предначертана. И неважно, что Егору пришлось отдать взаймы.
Отрывисто выдыхая, едва заметно прошелся губами по Стасиной коже. Долгожданная близость пьянила голову. Вынуждала разлетаться эмоциями. Чувствовал, как Стася инстинктивно жмется к нему теснее.
– Егор... – ласково выдохнула Стася, – я...
– ...скучал по тебе, – закончил он за нее, на мгновение хватая влажными губами ее кожу ниже уха.
И по спине Стаси будто слетели тысячи пушинок. Сердце запнулось в груди. Все внутри перевернулось. Легкий вздох стремительно покинул губы. Удерживая стабильное равновесие, вцепилась пальцами в крепкие плечи Аравина.
– Если бы мы были одни, было бы значительно лучше.
– Если бы мы были одни, ты бы уже была раздета, – нескромно заявил Егор.
– Значит, считаешь, что я фантастически красивая? – ухватилась за его слова Стася.
– Да.
– А без платья и прически не такая фантастическая? – улыбалась Стася, немного расслабившись.
– Без платья ты, Сладкая, губительна.
– Правда?
– Правда. Сердце сразу в хлам.
– Ладно, Егор. Я тогда пока останусь в платье.