— Да вот сдерживаюсь изо всех сил, — бурчу."
"Быстро оценив ситуацию, оборотень заслоняет собой детишек и утробно рычит на Гену. У зверя совсем отпадает охота пытаться перекусить малявками. Бочком-бочком он огибает нас, прикидывая с кем бы ему сцепиться: с ощерившейся волчицей или с человеком со странными фиолетовыми штуками. От меня Гена уже получил пряников, и поэтому не спешит лезть на рожон. В то же время и отвалить совсем крокодил не хочет. Видно, гордость взыграла. Даже интересно становится. Заглядываю в чешуйчатую голову.
Применяю заготовленный ключ с завесой дыма. Но, к сожалению, к мозгу ящерицы он не совсем подходит, я-то его готовил для матрицы человеческого сознания. Гена лишь поморгал желтыми глазами да и всё, не поняв, что за глюк только что был. Полноценной завесы не вышло.
— Как его брррать, Даня? — рычит Настя.
Вот же загвоздка. Развоплощаю пси-клинок, вместо него формирую еще один пси-нож.
— Надо его вырубить, — решаю. — По другому никак. Он настроен драться. Эй, зеленая рожа! Цып-цып!
Но горыныч ко мне не торопится. В этот момент Гена бросается на волчицу. С ней крокодил еще не боролся, и не знает насколько она опасная.
Я реагирую на упреждение. Бросок двух ножей, даст Бог хоть один попадет. Уж слишком быстро он несется.
Оба вонзаются в огромную тушу. Тут же зверь подкашивается снова и падает там, где бежал.
— Не убьешь? — с тревогой спрашивает волчица после четвертого ножа.
— Не убью, — подумав, формирую пятый конструкт. — Я слежу за дозировкой.
Пока придерживаю пятый. Четыре ножика хорошо отдались в психике горыныча. Может, Гена сейчас потрясется и вырубится. Но нет, шатаясь, зеленая громадина встает. Крепок, черт! Нет, дрессировать я эту породу точно никогда не буду.
Бросаю пятый ножик в нижнюю часть позвоночника, новый нервный шок становится последней каплей. Зверь падает и больше не встает.
— Он живой, Настя, — спешу успокоить волнующуюся волчицу. — Всего лишь отключился. Можно заворачивать и относить куда-нибудь, чтобы я мог заняться им более плотно.