Я на тебе никогда не женюсь

Прислушиваюсь, недоумевая — куда она могла запропаститься, в такую-то рань?! В спальне ее нет. Кровать строго заправлена, одежда нигде не валяется. Спускаюсь вниз. На кухне пахнет свежей сдобой, свежезаваренным чаем, и омлетом. Значит, уже успела приготовить мне завтрак. Поражаюсь я сестренке, честное слово. Занятия в академии начинаются с восьми. Я встаю в семь. Пробежка, душ, завтрак — и на работу. АнгЕлика встает на час раньше. Ежедневно. Даже в воскресный день, когда я позволяю себе поваляться в постели.

Ага, вот она где! Сидит на ковре перед камином.

Спина прямая, ноги скрещены и разведены в стороны. На коленях руки ладонями вверх. Большой и указательный пальцы соединены в кольца. Взгляд отрешенный и направленный в себя. Медитирует.

Меня поражает эта девица! Честно! Сейчас, когда прошло состояние безумной гонки, я все больше и больше недоумеваю: в каком мире жила Ангелика?! Она мало что о себе рассказывает, больше отшучивается. Но воспитание! Но знания, которыми девушки нашего мира не интересуются.

Но умения — за две недели, которые мы провели на территории академии, Ангел ухитрилась превратить мою холостяцкую берлогу в уютное жилище, в которое хочется бежать со всех ног. И это при том, что никакими заклинаниями она пользоваться не умеет пока. Учится. Старательно учится. Перетаскала к себе в комнату едва ли не половину моей библиотеки — это не считая той литературы, которую мы привезли из Городка.

Напугала ректора до странной задумчивости. Ходит теперь лорд Вайзер-таль сосредоточенно морщит брови и муштрует всех преподавателей, требуя в трехдневный срок представить план занятий для будущих курсисток.

Мало того — он проникся вопросом охраны и теперь левое крыло общежития не взять и тараном. Неделю назад перевез из своего замка госпожу Мариту. Она много лет прослужила экономкой, держала в кулаке всю прислугу и даже самого ректора — это он как-то под рюмочку старого ривского рассказывал. В его владениях за последние тридцать лет ни одного бастарда не появилось.

Ангел отреагировала на появление госпожи сдержанным кивком. Внимательно к ней пригляделась и выдала:

— Явно аристократка. В энном поколении.

— С чего ты взяла? — поперхнулся я куском омлета. Мы как раз обедали в академической столовой.

— На осанку глянь. Такое только наследством и многолетней муштрой достигается. Визитная карточка, так сказать. Кто она?

— Дальняя родственница ректора, — ответил я, — Признанная дочь троюродного брата отца — кажется, так.