А ошейник, что он надел на ее шею, содрать и выбросить, невзирая на его бешеную стоимость.
Маша уже привыкла, что Влад спрашивал за свои подарки в три дорого. И она боялась даже подумать, какую цену ей придется заплатить за эту уродливую побрякушку на своей шее.
А затем Влад взял какую-то папку с документами, она лежала на сиденье рядом с ним, но из-за темноты Маша и не заметила ее.
– Идем, – сказал он и открыл дверь, подавая ей руку.
Она несмело вложила в его холодную ладонь свои тонкие пальцы, и Влад потянул ее на выход.
Стоило Маше оказаться на улице, как она с удивлением захлопала ресницами. Пытаясь понять, галлюцинации ли у нее, или это правда? Она действительно оказалась во дворе своего дома стоящей напротив своего подъезда?
Маша с растерянностью в глазах посмотрела на Влада.
– Ты все правильно поняла, мы действительно приехали к твоему подъезду, и это твой дом, Маша, – сказал он глядя ей в глаза. И открыл черную папку перед ней. – Здесь документы на твою квартиру, все погашенные кредиты, что висели на тебе, а так же документы на счет, оформленный на твое имя, а на нем двести пятьдесят тысяч долларов, те самые деньги, что лежали на счету твоего мужа.
Он прервался и пристально посмотрел в глаза Маше.
Влад хотел понять, что чувствует она сейчас. Ее глаза были огромными, радужка стала чистой, и ее цвет стал насыщенно зеленым. Свет от окон отражался в ее глазах, и казалось, будто они светились каким-то потусторонним мистическим огнем. Ярко рыжие волосы слегка колыхались на ветру, а черное платье облепляло ее миниатюрную фигурку.
Казалось, будто она совершенно не понимает, о чем говорит ей Влад.
А Маша и действительно не понимала. Зачем он ей все это говорит? После тяжелой ночи, и ее галлюцинаций, в которых она до сих пор сомневалась, и сообщения от Гели, а также всех этих откровений от Влада, в ее голове был полный хаос.
"И она просто стояла и ждала, что будет дальше. Она смирилась с тем, что Влад полностью управляет ее жизнью, решает за нее что делать и как ей жить дальше. И поэтому она просто ждала его очередного приказа. И он последовал.
– Я хочу, чтобы ты сама меня поцеловала, со всей возможной страстью, чтобы сама притянула меня к себе, так будто безумно влюблена, так, будто хочешь, как своего единственного мужчину, о котором всю жизнь мечтала.