Блин, и ведь не одну ночь, она своими шаловливыми ручками тут орудовала…
Влад еще раз посмотрел на документы и обратно убрал их в папку.
В сейфе их держать все равно бесполезно…
Бросив папку на стол, он вновь сел в кресле.
– Надо как-то найти Машку и поговорить с ней, – сказал он в пустоту.
Невероятно, но своим поступком дед помог ему. Ведь по всем законам, морали и этики Влад был бы обязан убить Машу, виновата она или больна, но с этими документами, которые он сунет дяде под нос, никто уже не посмеет ее тронуть…
Всю эту неделю он мучился, и пытался найти выход из этой ситуации.
Причем все эти подробности, он и сам узнал совсем недавно. Кто-то передал ему целую кипу документов на нее. Кто-то очень заинтересованный выдал всю ее подноготную.
Но Влад понимал, что сам во всем виноват, что именно его поведение заставило ее так поступать.
А Михаил, как специально прилюдно вываливал на Влада, все новые и новые подробности.
– Какая разница, виноват ты или нет перед ней? – с пеной у рта доказывал ему дядя. – Она навредила бизнесу! Вот что важно! Она столкнула тебя с Солейко! Вот что важно! И ты обязан ее убрать! Тебя просто не поймут, если ты это не сделаешь, посчитают слабаком! Все вылетит в трубу!
Влад поднялся с кресла, и начал ходить по кабинету продумывая, как лучше ему поступить.
Можно сделать объявление по телевизору, сказав о том, что найдены документы, и что она является наследницей.
Влад резко остановился.
Но ведь тогда придется и обнародовать факт наличия еще одного наследника, который наверняка появится…"
"– Твою ж… мать, ах ты старый гандон! – расхохотался Влад и по привычке посмотрел в пол. – Ты старый ублюдок все знал? Ты все продумал? Понимал, что без одного, я не смогу сделать другого?
«Нет, – подумал Влад, – надо этот момент обдумать и поговорить все же с дядей, пусть предлагает варианты, как сделать так, чтобы все было законно, и пусть уже найдет Машку»
Глубоко вздохнув, Влад взял трубку и набрал комнату охраны.
Михаил появился через несколько минут и долго изучал документы.
Его тяжелый взгляд прошелся по лицу Влада. Он не одобрял действий своего дяди – Лисовского старшего. Но с другой стороны он его прекрасно понимал. Видимо и в посмертии он не оставлял надежды найти своего сына.