Встречались мне и хорошие девчонки, в универе много было таких, но я обходил их стороной, потому что мне тогда не надо было хорошую.
– А сейчас захотелось, что ли? – как можно циничней усмехнулась Геля, приподнимая подбородок.
Михен криво улыбнулся.
– Да, когда тебя увидел, понял, что ты хорошая девушка, и захотелось, как чистого воздуха хлебнуть, понимаешь?
– Не захлебнулся? – чисто по инерции попыталась опять дерзко ответить Геля, но было заметно, что делает это она вяло, без настоящего задора в голосе.
– Нет, – покачал головой Михен, – понял, что хочу еще и еще, потому и не смог просто взять плюнуть, и бросить тебя в больнице. Видел, что тебе нужна помощь, просто ты привыкла во всем надеяться на себя. А я решил все изменить.
– Зачем? – опять спросила Геля, рассматривая Михена уже совершенно другим взглядом, более открытым и спокойным.
– Я не знаю, – ответил Михен на ее вопрос, – я не могу обещать тебе большой и чистой любви, не могу обещать мгновенной свадьбы. Тебе через пять дней снимут гипс, и ты вольна будешь вернуться домой.
Услышав о намеке на материальную помощь, Геля тут же начала качать головой.
– Подожди, не отказывайся, – затараторил Михен, видя упрямое выражение на лице девушки, – я не о деньгах говорил, я не собираюсь делать из тебя содержанку, или что-то вроде того, ты этого не достойна, ты достойна большего, и я это понимаю.
– И что ты потом потребуешь от меня? – с вызовом в глазах спросила Геля.
– Геля, ну почему сразу потребую, – вздохнул Михен, подаваясь вперед, и упираясь локтями в собственные колени. – Мы же не подростки, мы взрослые люди. И было бы глупой ложью, если бы я сказал, что хочу встречаться с тобой, только ради общения и поцелуев под луной. Я хочу встречаться с тобой, потому что хочу тебя.