Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Правда, как политическая фигура он ничто, хоть не простолюдин, но есть и тут достойный выход… - Кирен замялся на секунду, затем продолжил с той же твердостью, как и вначале. - Могу я говорить с тобой начистоту?

- Конечно, Мастер Кирен, ты уже со мной так говоришь.

- Твоя жена, ты ведь отпустишь ее к Сету, генерал? Она княжна, дочь первого мескенского министра, такую губернаторшу цахирцы примут. Что хмуришь брови, собственник в тебе взыграл?"

"- Нет, не взыграл, просто задумался над тем, что ты сейчас сказал. Она свободна в выборе, и если пожелает стать его женой, то я препятствовать не буду.

Похоже, что тебе известно все, монах. Скажи, они любовники? Не думай, что я собираюсь мстить Сэту Хэйлару, мне просто нужно это знать, чтобы принять решение.

- Это тебя волнует, генерал? - по голосу я понял, что Кирен улыбнулся. - Даже не знаю, что тебе сказать. Насколько мне известно, эти двое влюблены друг в друга, но они пока не спят в одной постели. Сет благородный человек, он спас леди еще в Таргасе от насильника, но ни к чему и никогда ее не принуждал, а уж узнав о том, что госпожа твоя пропавшая жена, и вовсе отступился.

Я представляю, как ему сейчас непросто, когда вдруг леди снова оказалась рядом с ним. Павил, раз ты желаешь правды, должен понимать, что рано или поздно это случится. Они не сдержат своих чувств и бросятся в объятия друг друга.

- Спасибо, мастер, что не скрыл правды. Я очень рад, что ты пошел со мной в этот поход, оставив Роя и своих.

- Со мной мои помощники, тем более, что мы расстались с Роем ненадолго и скоро армии соединятся.

А Герберт? - я опять насторожился, обратившись в слух. - Ему сейчас приходится несладко, но к тебе у него больше нет ненависти, а может, никогда и не было. Тебе неловко рядом с ним, Павил, но все равно ты должен попытаться достучаться до него.

- Ты одобряешь мужеложество, монах?

- Я одобряю отношения двоих, если они взаимны, добровольны и честны. Нет ничего плохого в однополых чувствах, они известны с древних лет, и мир от этого не стал греховнее того, каков он есть… А женщины? Возможно, потому что я монах, но я не доверяю им, Павил.

Да ты и сам мог убедиться, как они непостоянны, а в ревности становятся тигрицами. Ладно, пойдем, а то уже совсем стемнело. Твои телохранители поднимут шум.

Они ушли, а я не сразу смог последовать за ними, сидел и размышлял, пытаясь осознать то, что сейчас услышал. То, что монах, а может и другие, заметили, что нас с Павилом разделяет пропасть, меня совсем не удивило.