Голубь вдруг резко ускорился, а за ним появился след из белого дымка. Как самолёт. Эта картина помогла мне немного взбодриться. Поразительный мир.
– Летти, пора выезжать, – мягко коснулся моего плеча герцог.
Я кивнула и направилась к карете, в которой мне предстояло мучиться ещё три дня. Ужас.
У кареты вились маленькие полупрозрачные духи, но сбежали, как только Юстаф открыл дверь. На этот раз он даже подал мне руку, но я проигнорировала её.
Принц недовольно засопел и залез следом. Но мне это было неважно.
Долго выдерживать это я не смогла и задёрнула штору. Сейчас я даже радовалась, что отец будто специально старался держать Ролана подальше от меня.
Возможно, позже я разберусь со своими чувствами и нормально поговорю с ним. Но не сейчас."
"А остальные, Вольф, герцог, богиня, – они действительно на моей стороне? Или мне это тоже просто кажется и в случае чего рассчитывать на них нельзя? А вдруг кто-то ещё в моём окружении тоже догадывается, что я не Летиция?
– Может, хватит уже вздыхать? – прервал поток моих невесёлых мыслей Юстаф.
– Скорее, просто неинтересен, – пояснила я.
Лицо принца вытянулось. Наверное, ему пока никто такого не говорил. Я решила его успокоить:
– Дело не в тебе, а во мне, – я сделала виноватое лицо и, потянувшись к нему, слегка похлопала его по плечу.
Он совсем ничего не понял.
На этот раз никакой полянки, мы остановились на широкой дороге посреди поля. Ко мне с Юстафом быстрым шагом подошёл герцог.
– Ваше Высочество, Летиция тяжело переносит дорогу. Мы воспользуемся порталом.
Принц недоверчиво покосился на меня. После этой ночи и в отсутствие Мэри я выглядела не очень, что помогло поверить в слова герцога.
– Вы же знаете, насколько это сложно и дорого, – Юстаф скривился.
– Все расходы беру на себя, – усмехнулся герцог. – Но если вы переживаете за наше благосостояние, можете не идти с нами. Чем меньше людей, тем дешевле. Пойду я, и Летти. Уинстон уже на месте и он поможет нам настроить портал на несколько человек. Мы вас подождём, Ваше Высочество.
Юстаф задумался. Он явно опять нас в чём-то подозревал и ему не нравилась идея герцога.