Иногда дело доходит и до выяснения отношений, если позволяют обстоятельства. Так что мои «топтуны» из независимой республики не были профессионалами. Так, бывшие боевики, оказавшиеся не у дел после войны.
Когда разработчик операции считает нужным привлечь к оперативной работе ОПУ, то в запросе он пишет все данные на «клиента» и обязан указать, имеет ли этот человек оперативную подготовку или нет.
Я не сомневался, что Виталик не забыл поставить галочку в нужный пункт. А вот чеченцы этого не знали. Они вполне справедливо считали, что напрасно топчут ноги и зря тратят время, стараясь засечь все мои подозрительные контакты.
Хотя активная часть операции еще не началась, я подозревал, что контроль нашей службы за мной не снят. Синий потасканный «Опель» я заметил пару раз сзади такси, в котором я ехал. Возможность два раза увидеть одну и ту же машину в течение нескольких дней в Москве равна одному шансу из трех миллионов (или сколько там машин в столице нашей Родины), если только это не личное авто соседа, который вместе с тобой выезжает из одного двора на работу.
Сначала я нервничал (мол, не доверяете, заразы!), затем потратил пять минут, проанализировал обстановку и успокоился.
На месте генерала я бы делал то же самое. Так, на всякий случай. Чтобы убедиться, что все идет нормально. Наверняка ему не понравится, если меня изобьют где-нибудь в подворотне или случайно задержит милиция. Слишком многое поставлено на карту, чтобы безнадзорно предоставить мне возможность искать приключения на одно место."
"…В маленькой пятигорской трехэтажной гостинице было уютно, тепло и тихо. Вдоль стен стояли пальмы в кадках и какие-то неизвестные мне высокие растения.