А Анишшасс садится с противоположной стороны.
– Домой! – дает он команду Харшшаду, будто ничего не произошло.
Всю дорогу я жмусь к двери, боясь вдохнуть лишний раз и случайно затронуть Анишшасса. Вдруг он снова слетит с катушек.
В полном молчании мы летим до дома. Во мне потихоньку остывает ярость. Но с мужа намереваюсь спросить за все, что мне пришлось пережить.
Придурки царственные!
Перед тем как зайти в апартаменты, чуть слышно озвучиваю Шассу:
– Тебе лучше жить отдельно. Найди, пожалуйста, себе другую квартиру.
"Тот, сжав челюсти, кивает, и мы заходим в дом.
*** – Как прошел вечер? – Шанриасс ожидает нас в гостиной.
– Я поцеловал ее, и Рай мне вре́зала так, что всю дорогу голова гудела, – со странной бравадой заявляет Анишшасс.
Мне остается только открыть рот в удивлении. Он же специально напрашивается!
Шанриасс сверлит его глазами, желваки гуляют по скулам.
Никогда не видела его таким злым.
– Морайя и Харшшад, идите к себе, – дрожащим от ярости голосом, командует он. – Мы сами поговорим.
И пойду. Пожимаю плечами и иду наверх. Достали меня эти самцы.
Поднявшись, вздрагиваю от грохота.
Хм, нам потребуется ремонт? Занятно они разговаривают.
Нахожу в холодильнике бутылку шампанского. То, что надо сейчас.
Неумело открываю и делаю большой глоток. Внизу снова грохочет.
Вспоминаю злое лицо мужа. Может, он и не думал, что благотворительный ужин пройдет так?
Глава 27. Сборы
– Ани, глаз с нее не спускайте. Держите меня в курсе любых изменений, беспокоит меня эта девочка.
Мне бы в идеале Зейрашша взять с собой. Но здесь нужен кто-то свой. А мне там может понадобиться человек, не шайрас. Поэтому едет Ян.
Доктор Стерн мнется рядом.
– Морайя, вы же друзья с доктором Рашидом? – наконец спрашивает. – Не знаете, у него есть кто-нибудь?
Удивленно смотрю на Стерн.
– Ани, у меня пока нет ответа на ваш вопрос, – честно отвечаю я. – Вы будете тесно контактировать три недели. Думаю, разберетесь.
Надеюсь, это не помешает работе. Я уже поняла, с шайрасами покоя не жди. А если они массово ринутся сюда? Ох.
– Доктор Рай, пациентка отказалась беседовать с назначенным ей психиатром, – ставит меня в известность Стерн.
Девушка не хочет бороться. А тот, кто не имеет желания жить и выздоравливает реже.