Есть школа, мама, папа и все счастливы. И пусть не бегала на дискотеки и меня мало куда выпускали, но я всё равно считаю, что детство меня было счастливым, не без изъянов, куда без них, но всё же.
Мы болтаем ни о чём и обо всём на свете, беззастенчиво подъедая салаты, оставшиеся с новогоднего стола. Я смеюсь почти в голос, когда мама рассказывает о тонкостях своих трудовых будней преподнося весь рассказ как комедию с пудом человеческого безрассудства и жадности. Смеюсь так, что отец встаёт и ворчит на нас, но смирившись уходит дальше спать.
Мне так тепло и хорошо сидя на кухне и держа в руках третью чашку чая похожего на воду, потому что по привычке пакетик использую несколько раз что, вмиг становясь грустными мамины глаза и её тихий вопрос звучит как очередной взрыв в тишине и безмятежности:
– Может быть останешься ещё на чуть-чуть?
Сердце облилось кровью. Я трусливо прячу глаза, потому что больше всего на свете хочу остаться и правда всем грузом ложиться поверх головы.
Как не могу ничего рассказать, это разобьёт твоё доверие ко мне навсегда, а им я дорожу. И вот она правда, вру я только для того, чтобы ты продолжала мне доверять. Ненавижу себя за это, но вру дальше.
– Не могу…
Мама тяжело вздыхает. В её грустных, но умных глазах я вижу, как она мне потворствует. Материнское сердце всё чувствует. Мне не хочется думать, о чём она догадывается, я боюсь этого.
А перед глазами как калейдоскоп проносятся все три дня моего нахождения здесь. То, как резали салаты, как чокались фужерами под бой курантов, как молча загадывали желание, а потом пошли во двор смотреть салюты греясь с мамой друг об друга, а отец патриотично продвигал напутственную речь.
Миллион улыбок, куча разных и бессмысленных картинок в чатах, сотни слов поздравлений и вкус мандаринов.
Пшик и закончилось моё тихое счастье и уединение.
Я сюда сбежала. Я здесь пряталась как в ракушке от всего мира. Я тут жила как раньше, как в то самое время, когда в моей жизни не было ни одного мужика, желающего перекроить мою жизнь под свои мерки.
Теплые руки на плечах, едва не вздрагиваю, когда мама обнимает со спины прижимая к себе. Хочу расплакаться и заорать в голос. Последнее время я сама себя пугаю.
– Устала?
Киваю, а после трусливо сбегаю в комнату, якобы спать.